Красные соколы

КРАСНЫЕ СОКОЛЫ. СОВЕТСКИЕ ЛЁТЧИКИ 1936-1953

А
Б
В
Г
Д
Е
Ж
З
И
К
Л
М
Н
О
П
Р
С
Т
У
Ф
Х
Ц
Ч
Ш-Щ
Э-Ю-Я
лучшие истребители лётчики-штурмовики женщины-летчицы
Нормандия-Нёман асы Первой мировой снайперы ВОВ
Звезда Героя Советского Союза

Киселёв Иван Михайлович

И.М.Киселёв

Родился 2 Сентября 1919 года в деревне Большое Хреново Сасовского района Рязанской области в семье крестьянина. Окончил 7 классов неполной средней школы, учился в ПТУ № 16 города Сасово по профессии тракторист - помощник машиниста. В 16 лет приехал в Москву. Работал слесарем - сборщиком, затем бригадиром московского завода имени М. В. Фрунзе. Без отрыва от производства окончил аэроклуб, а в 1938 году и Тамбовскую школу пилотов Гражданского Воздушного Флота. С 1940 года в Красной Армии. По путёвке комсомола направлен в Черниговскую военную авиационную школу пилотов. С началом войны работал инструктором запасного авиаполка, готовил для фронта лётные кадры.

С Ноября 1943 года Лейтенант И. М. Киселёв в действующей армии.

Командир звена 274-го истребительного авиаполка   ( 278-я истребительная авиационная дивизия, 3-й истребительный авиационный корпус, 1-я Воздушная армия, 3-й Белорусский фронт )  Старший лейтенант И. М. Киселёв совершил 135 боевых вылетов, провёл 25 воздушных боёв, в которых сбил 14 самолётов противника. 20 Августа 1944 года тяжело ранен в воздушном бою, потерял ногу. В Мае 1945 года вернулся в полк.

В Декабре 1945 года демобилизовался. Работал в Управлении Аэрофлота. В 1956 году окончил Высшую партийную школу при ЦК КПСС. Работал секретарём парткома Министерства Гражданской Авиации.

14 Мая 1965 года за мужество и воинскую доблесть, проявленные в годы Великой Отечественной войны, удостоен звания Герой Советского Союза.

Последние годы жил в Москве. Умер 6 Апреля 1987 года.

Награждён орденами: Ленина, Красного Знамени, Отечественной войны 1-й степени  ( дважды ); медалями.

*     *     *

...Несколько часов провёл Александр Журавлёв у бывшего лётчика - истребителя, а после войны - секретаря партийного комитета Главного управления Гражданского Воздушного Флота Старшего лейтенанта в отставке И. М. Киселёва, а поговорить с ним, вспомнить товарищей по жарким боям над Днепром, Крымом и Литвой не было никакой возможности. К нему всё шли и шли лётчики, инженеры, штурманы, связисты, плановики, активисты, агитаторы...

Со многими вопросами приходилось сталкиваться секретарю парткома, подсказывать людям, советовать, находить правильные решения, требовать. Недаром товарищи говорили о нём так: "Правильный человек..."

Иван Михайлович родился в семье бедного крестьянина деревни Хреново Сасовского района Рязанской губернии в 1919 году. Там окончил сельскую школу, потом пошёл учиться в ФЗУ. В 1935 году, работая слесарем на московском заводе, он без отрыва от производства закончил Измайловский аэроклуб, по спецнабору попал в Тамбовскую школу лётчиков Гражданского Воздушного Флота, а затем стал водить пассажирские самолёты Р-5. Но эта машина его не удовлетворяла: хотелось освоить истребитель. В 1940 году Киселёв прошёл вторичный курс обучения и вышел из стен Львовской школы военных лётчиков пилотом самолёта И-16.

Война застала его в запасном авиаполку в должности инструктора. Он рвался на фронт, но его не отпускали - нужно было готовить молодые лётные кадры для схваток с противником.

Самому Киселёву встретиться с врагом пришлось только в 1943 году, когда его перевели в боевой полк, действовавший в районе устья Днепра на юге Украины.

...Это было 28 Ноября 1943 года. За Днепром, в районе города Никополя, был обнаружен немецкий аэродром "Большая Кострома". На стоянке было сосредоточено больше сотни самолётов. Наше командование приняло решение нанести по аэродрому массированный штурмовой удар.

День стоял солнечный, тёплый. В голубое небо были подняты два десятка Як-7. Набрав высоту до 5000 метров, самолёты взяли курс на аэродром врага. Под крыльями - по две 50-кг фугасные бомбы. Углубившись в тыл врага незамеченными, наши истребители - штурмовики развернулись и, скрываясь в лучах заходящего солнца, подошли к аэродрому.

- Правый пеленг !   Убрать газ !   Попарно, за мной ! - скомандовал ведущий группы Капитан Виктор Сувиров, парень из села Мурмина, что под Рязанью, и, переведя самолёт в пологое пикирование, устремился на цель.

На аэродроме взорвались бомбы. Забушевало пламя. Иван Киселёв, следуя за своим командиром Александром Ситковским, видел, как, прижав хвосты к земле, крыло в крыло стояли вражеские машины. Некоторые из них уже горели, швыряя в небо снопы искр с чёрными султанами дыма. Киселёв повернул немного самолёт и устремился на серо - грязный силуэт "Юнкерса". Нажал на гашетку пушки. Светлые шарики снарядов врезались в гофрированную обшивку Ju-52, разрывая её в клочья... Он видел, как загорелся центроплан машины и голубые языки пламени жадно лизнули фюзеляж...

Когда наши самолёты разворачивались для повторной атаки, на аэродроме взорвался склад снарядов, расколов небо огненными мечами. Вспыхивали и клубились оранжевым огнём бензоцистерны. Но вот ударили крупнокалиберные зенитные орудия врага. В небе вспыхнули чёрные кудели облачков.

Группа Старшего лейтенанта Александра Ситковского, в которой находился Иван Киселёв, была перенацелена на штурмовку зенитной артиллерии врага. Пулемётно - пушечный огонь сёк по вражеским орудиям и живой силе. Зенитки замолчали... Наши самолёты уходили на бреющем полёте в сторону своей авиабазы.

- Иван !   Видел море огня на аэродроме ? - спросил Ситковский.

- Видел... Дали прикурить гадам ! - ответил Киселёв.

На Южном фронте он совершил более 40 боевых вылетов, сбил 2 немецких самолёт, уничтожил при штурмовках ещё 2 самолёта, несколько паровозов, десятки автомашин, до взвода солдат и офицеров.

...В Апреле 1944 года, когда войска Южного фронта перешли в наступление, Лейтенант Киселёв вылетел во главе четвёрки Як-7 на охрану переправы через Сиваш.

Погода стояла солнечная, весенняя, по небу медленно двигались перистые облака. "Яки" набрали высоту и, внимательно наблюдая за воздушной обстановкой, приступили к патрулированию. Прошло уже более 30 минут, а враг не показывался. Подходило время для смены. Но внезапно со станции наведения поступила команда:

- "Кристалл" !   На подходе к Сивашу "Лапотники". Атакуйте !

Иван Михайлович увидел на фоне голубого неба чёрные силуэты Ju-87. Две группы шли чётким строем "ромб", по 12 самолётов в каждом. Их охраняли 16 истребителей. "Многовато", - подумал командир группы, но принял решение: "Атакуем !"

Переведя самолёт в пикирование, Лейтенант Киселёв пошёл в атаку на встречных курсах. Вражеские самолёты приближались. Он направил свой истребитель на головную машину первой группы. В оптическом прицеле вписались крылья "Юнкерса". Пора открывать огонь. Но в эту секунду "Лапотник" резко пошёл вниз. "Заметил, гад ползучий", - прошептал Лейтенант и ударил пулёметно - пушечным огнём по другому "Юнкерсу". Тот вспыхнул и пошёл к земле. Строй вражеских машин нарушился. Пикируя и разворачиваясь, "Юнкерсы" сбрасывали бомбы в серую степь... Переправа через Сиваш продолжала спокойно работать...

За период освобождения Крыма И. М. Киселёв совершил 21 вылет, провёл 7 воздушных боёв и сбил 7 самолётов противника, за что был награждён орденом Отечественной войны 2-й степени. После Крыма он воевал в Белоруссии и Литве, освобождал Оршу, Витебск, Минск, Молодечно, Вильнюс...

В Августе - Сентябре 1944 года в 812-м и 274-м ИАП проводились войсковые испытания нового истребителя Як-9К с 45-мм пушкой. За это время 34 самолёта выполнили 340 боевых вылетов, лётчики провели 51 воздушный бой, сбив 8 истребителей FW-190A и 4 Me-109G. Свои потери - один Як-9К. Средний расход боеприпасов на один сбитый самолёт составил 10 снарядов.

Истребители Як-9К применялись, как правило, для атак вражеских бомбардировщиков, так как 45-мм пушка позволяла эффективно поражать самолёты, не входя в зону оборонительных пулемётных установок "Хейнкелей" и "Юнкерсов". Для схваток с Ме-109 новый "Як" оказался тяжеловат, поэтому обычно "крупнокалиберные" Як-9К действовали совместно с Як-1 и Як-7, которые прикрывали "главный калибр" от атак вражеских истребителей.

День 20 Августа 1944 года в памяти Ивана Михайловича запечатлелся на всю жизнь...

Лейтенант Киселёв был назначен ведущим восьмёрки новых самолётов Як-9К, сопровождавших большую группу "Петляковых", шедших бомбить скопление вражеских войск в районе Шауляя. Вот как описан этот боевой вылет политотделом 3-го истребительного авиационного Никопольского корпуса в листовке, посвящённой И. М. Киселёву:

"Когда бомбардировщики стали заходить на цель, сверху свалились немецкие истребители. Завязался бой. "Фокке - Вульфы" остервенело рвались к бомбардировщикам. "Яковлевы" не допускали гитлеровцев.

Як-9К И.М.Киселёва

В один из моментов воздушного боя Киселёв увидел, как фашист заходит в хвост "Петлякову". Киселёв развернул машину и ринулся в атаку. Меткая очередь из пушки - и "Фокке - Вульф" вспыхнул. Это была 14 личная победа Киселёва. В бою один из снарядов ударил в кабину его самолёта и перебил лётчику ногу. Сильная боль обожгла тело, в глазах потемнело. Киселёв начал терять сознание. Напрягая волю, лётчик собрался с силами и вновь пошёл в атаку. "Петляковы" выполнили задачу и невредимые, таким же плотным строем, как шли на цель, возвращались домой. Их зорко охраняли истребители. Тяжело раненный коммунист Иван Киселёв, теряя силы, упорно вёл самолёт на родной аэродром и, пролетев 150 километров, успешно приземлился. Вечером в полк пришло сообщение о том, что лётчик Иван Михайлович Киселёв награжден орденом Красного Знамени. Слава русскому богатырю воздуха Ивану Киселёву !".

А вот что пишет в своих воспоминаниях бывший командир 3-го ИАК дважды Герой Советского Союза маршал авиации Е. Я. Савицкий:

"Ивана Киселёва - застенчивого, способного по-девичьи краснеть от товарищеской шутки, очень молодого тогда, но вместе с тем зрелого и опытного лётчика - любили все, кому доводилось узнать его поближе. Роста он, как и многие лётчики - истребители, был невысокого, фигура ладная, стройная, но по-мальчишески худощавая, и друзья, обращаясь к нему, называли его шутливо: Сынок. На дружеское это прозвище Киселёв никогда не обижался, да и шло оно как-то к нему, но воевал столь умело, дерзко и отважно, что многие из тех лётчиков, кто был и старше его, и опытнее, могли бы многому у него поучиться.

Полк, в котором воевал Старший лейтенант Киселёв, базировался тогда на аэродроме под Каунасом. Мы как раз получили новые Як-9К с 45-миллиметровой пушкой, стрелявшей через втулку винта. Это было мощное оружие. Два - три снаряда из неё превращали вражеский бомбардировщик в груду горящих обломков. Причём пушка позволяла вести огонь с большой дистанции, не входя в зону, простреливаемую пулемётами воздушных стрелков "Хейнкелей-111" или "Юнкерсов-88", и потому Як-9К стал настоящей грозой для бомбардировочной авиации противника. Для таких целей мы эти истребители обычно и употребляли. В ударные группы включали Як-9, а в группы прикрытия - либо Як-1, либо Як-7. Такие комбинированные, смешанные группы давали наилучшие результаты. Дело в том, что Як-9К был несколько тяжеловат и, обладая высокой эффективностью в борьбе с бомбардировщиками, уступал другим, более лёгким и маневренным самолётам Яковлева в бою с вражескими истребителями. А в смешанных группах преимущества и тех и других самолётов усиливались оттого, что они в бою как бы взаимно дополняли друг друга, создавая возможность наилучшим образом проявить все свои сильные стороны.

В одной из таких смешанных групп вылетел Старший лейтенант Киселёв. Я находился на КП и по поступавшим туда сведениям знал, что группа обнаружила в воздухе противника и ведёт тяжёлый бой. Позже выяснилось, что Киселёву удалось поджечь вражескую машину, но на выходе из атаки и сам он получил две здоровенные пробоины.

Когда я увидел заходивший на посадку одиночный истребитель, сразу же мелькнула догадка, что это подранок. Но сел самолет нормально. Лишь в конце пробега его развернуло в сторону, и он встал поперёк полосы. Вот-вот должны были появиться остальпые истребители, и я бросился к "виллису", чтобы освободить полосу, зарулив, если понадобится, самолёт на стоянку. Когда я подъехал, мотор у "Яка" уже не работал. Выскочив из машины, я влез на крыло и увидел в кабине потерявшего сознание Киселёва. На полу кабины лужа крови, а в ней - оторванная нога в сапоге. Как истекающий кровью Киселёв сумел с одной погой довести до аэродрома и посадить машину, я до сих пор не знаю.

Зато хорошо знаю другое. Иван Михайлович Киселёв совершил 156 боевых вылетов, принял участие в 25 воздушных боях, сбил лично 14 самолётов противника и 2 в группе".  [ М. Ю. Быков в своих исследованиях указывает на 11 личных побед лётчика. ]

В Мае 1945 года, после выздоровления, Иван Киселёв настоял, чтобы его направили в свою часть. Несмотря на протез, он вскоре стал летать на "Яках". В Декабре 1945 года демобилизовался. Несколько лет работал в Главном управлении Гражданского Воздушного Флота, окончил заочно Высшую партийную школу при ЦК КПСС.

14 Мая 1965 года Президиум Верховного Совета СССР присвоил Старшему лейтенанту в отставке Ивану Михайловичу Киселёву почётное звание Героя Советского Союза...

*     *     *

Список известных побед Старшего лейтенанта И. М. Киселёва:
( Из книги М. Ю. Быкова - "Победы сталинских соколов".  Издат. "ЯУЗА - ЭКСМО", 2008 год. )


п / п
Д а т аСбитые
самолёты
Место воздушного боя
( одержанной победы )
Свои
самолёты
103.01.1944 г.1  Ме-109сев. Ново - ВоронцовкаЯк-1, Як-9.
212.02.1944 г.1  FW-190юж. Ново - Николаевка
318.03.1944 г.1  FW-190вост. Биюк - Киет
426.03.1944 г.1  Ме-109юж. Байсары
509.04.1944 г.1  Ме-109сев. окр. Тархан
610.04.1944 г.1  Ju-87сев - вост. Байсары
71  Ju-87сев. Чирик-2
803.07.1944 г.1  FW-190зап. Вилейка
916.08.1944 г.1  FW-190зап. Очаки
1020.08.1944 г.1  FW-190вост. окр. Мильвиды

      Всего сбитых самолётов - 11 + 0  [ 10 + 0 ];  боевых вылетов - 135.

*     *     *

Я - "СИРЕНЬ"...

И.М.Киселёв

Было это в День космонавтики в Кремлевском Дворце съездов. Киселёв ещё издали увидел человека с Маршальскими погонами и двумя Золотыми Звездами. Тот стоял к нему вполоборота, с кем-то разговаривая. Киселёв, прихрамывая, подошёл к нему. И, заметно волнуясь, сказал негромко. Сказал лишь одну фразу, ту, которую произносил когда-то по радио в бою:

- Я - "Сирень"... Как меня слышите ?

Маршал авиации обернулся, его бровь изумлённо прыгнула кверху. Узнал сразу. Ответил с улыбкой. И тоже, как отвечал тогда, в полёте:

- Я - "Дракон". Слышу хорошо ! - И широко расставил руки.

- Не забыли, товарищ Маршал ?

- Нет, Киселёв !   Такое, как тот последний полёт ваш, что длился полчаса, нельзя забыть.

Так они встретились. Бывший командир звена Иван Михайлович Киселёв. И его фронтовой командир истребительного авиационного корпуса, ныне Маршал авиации Евгений Яковлевич Савицкий. А первая их встреча была во фронтовом, опалённом порохом небе много лет назад.

...В зимний полдень с полевого аэродрома взлетела группа "Яков". Для Ивана Киселёва то был 3-й боевой вылет. И в нём - первый в жизни бой. Тяжкий, ожесточённый. В разгар схватки, когда отстал ведомый, он оказался одий против двух "Фоккеров". Немцы, видимо, предвкушали лёгкую добычу. Но просчитались. Лётчик "Яка" не просто защищался, он маневрировал в таком головокружительном темпе, так нападал сам, что им приходилось то и дело увертываться. Продолжая бой, "Фоккеры" оттягивали его в глубь своей территории, все дальше от линии фронта.

Киселёв заметил это, когда вдруг увидел под собой вражеский аэродром. Над ним, находясь в перевернутом положении, он прошил ведущего "Фоккера" пушечной очередью. Фашистский самолет упал на ту землю, с которой взлетал. А в следующий момент, когда истребитель свечой рванулся в зенит, Киселев услышал по радио:

- Я - "Дракон". Иду в атаку !..

То был голос Савицкого. И лётчик поспешил туда, где скрещивались пулемётно - пушечные трассы. Подоспел вовремя. Пара наших истребителей вела неравный бой с "Фоккерами". После боевого вылета Генерал, как обычно, провёл разбор. Назвав позывной Киселёва, спросил:

- Кто этот лётчик ?

- Я ! - донеслось откуда-то из последних рядов. Генерал поискал глазами лётчика, но, должно быть, не нашёл его, позвал:

- Давай-ка сюда, поближе !

Лейтенант нерешительно шагнул на середину. В сравнении с могучей атлетической фигурой Генерала он казался подростком. Савицкий глянул на него сверху, улыбнулся:

- Орёл, однако !   Дрался хорошо !

За каких - нибудь 1,5 месяца Иван Киселёв совершил не один десяток боевых вылетов. Уничтожил несколько вражеских самолётов. Но тут его вызвали в штаб. Объявили: "Пора возвращаться домой". Да, на фронте у Ивана не было "постоянной прописки". Он прибыл сюда на стажировку. Прибыл из далекой Сибири, где базировался его запасной авиационный полк, который лётчики называли проще - ЗАП. В нём Иван работал инструктором, командиром звена.

Нелёгкая это была работа. В ЗАП приходили выпускники лётных училищ. Здесь же переучивались на новые машины пилоты из строевых частей. И всех их надо было быстро, в короткий срок - война ! - вооружить боевыми навыками. Научить тактике борьбы с воздушным противником. В той же зоне пилотажа не только проверить, как пилот управляет машиной, но вновь и вновь показать ему весь арсенал её боевых возможностей, передать своё мастерство. И вот тут-то Иван Киселёв зарекомендовал себя настоящим профессором.

Он шёл в полёт в инструкторской кабине. Учил вести бой. Держаться в боевом строю. С первой атаки поражать воздушные и наземные цели. По 6 - 8 раз поднимался в зону. А это в один только лётный день, считай, полтысячи фигур высшего пилотажа !   Вот такая она, работа инструктора. Учить в небе. Показывать и объяснять. Видеть малейшую неточность в управлении самолётом. И когда на бешеной скорости машина ломает линию полёта, да так, что, кажется, воздух вскипает, срываясь с консолей белыми лентами. И когда неимоверные перегрузки свинцовой тяжестью обрушиваются на плечи, вдавливая тело в сиденье, а перед глазами мелькают багровые круги. Но и в такие мгновения инструктор должен всё подмечать. Иначе не научишь боевому мастерству.

Лейтенант Киселёв это хорошо понимал. Работал на совесть. Учил заботливо, как учили когда-то его самого. Нелегко ему было пробивать дорогу в небо. Комсомольцем окончил рабфак. Слесарем 5-го разряда работал на Московском авиационном заводе. Своими руками собирал моторы. Гордился, конечно, что 2 из них установили на самолёте, который водил к Северному полюсу сам Василий Сергеевич Молоков, знаменитый полярный ас. И, конечно, тоже мечтал о воздушных дорогах, неизведанных маршрутах, про которые ему пели моторы.

Но в аэроклуб не принимали. По всем статьям подходил. А вот ростом не вышел. "Мал !" - разводили руками врачи. Растолковывали: 2-х сантиметров не хватает, до педалей, мол, не дотянешься... Только он всё равно не терял надежды. В 4-й раз пошёл на медкомиссию. Врач уже встретил, как старого знакомого, сдался. Зачислили Ивана в аэроклуб. Лётное дело ему давалось легко. Неспроста первому в отряде разрешили самостоятельный полёт.

Правда, злополучные 2 сантиметра и потом, когда окончил программу, встали барьером. Из-за них чуть ли не все училища пришлось объехать. И всюду отказ. Иван поступил в школу пилотов ГВФ. Научился летать на Р-5. А затем вновь поехал в военное авиаучилище. Полистал его личное дело Полковник, председатель мандатной комиссии, изумился: "И где только парень не побывал !   Ну и ну, столько бумаг про "два сантиметра"... Хорош "документ" !   Значит, будешь истребителем". Его приняли. В училище летал отменно. Потому и назначили инструктором.

Свыше 100 лётчиков подготовил для фронта Иван Киселёв. Теперь многих из тех, кого учил, встретил на стажировке. Это уже были обстрелянные пилоты с солидным опытом. Но они всё равно, как и прежде, величали Лейтенанта инструктором. Да и как иначе, если в его ураганном пилотаже, в дерзких, лихих атаках как бы продолжался для них тот суровый боевой урок, что начался ещё в сибирском ЗАПе. А разве хотелось ему расставаться с боевыми друзьями !   Вот потому, когда кончилась стажировка, и загрустил Иван. Пошёл к командиру корпуса. "Как же ехать домой ?   Война-то идёт !"

Командир обнадёжил:

- Не надо тужить !   Разрешение, думаю, получим.

Иван остался в боевом полку. Снова поднимался в дымное небо. Прикрывал войска на поле боя. Сопровождал "Илы" и Пе-2. Ходил на воздушную разведку. Летал на штурмовку вражеских аэродромов. Вместе с однополчанами геройски дрался над огненной Курской дугой, над Никопольским плацдармом. В небе Крыма. 135 боевых вылетов выполнил. В каждом звучал его голос в эфире:

- Я - "Сирень". Иду в атаку !

И сквозь звенящий рёв мотора гулко хлестали пушечные очереди. Стучали пулемёты. Иван бил без промаха. После киселёвских атак уже 13 фашистских самолётов чадными кострами врезались в землю. Друзья - пилоты, которых когда-то учил, а теперь с ними дрался в бою, безошибочно узнавали почерк инструктора. И от души уже дважды поздравляли с наградами. За доблесть и мужество он был удостоен ордена Красного Знамени и ордена Отечественной войны 1-й степени.

Летом 1944 года авиаполк сражался в Прибалтике. С заводских аэродромов поступили истребители новых модификаций. На двух стояли 45-миллиметровые пушки. В шутку лётчики окрестили их "главным калибром", а на машины посматривали с завистью, каждый, чувствовалось, хотел бы испробовать их в настоящем деле. Но командир корпуса, приехав на аэродром, распорядился по-своему.

- Мишень - вот тот "Мессер", - указал он на истребитель, что лежал на фюзеляже у обочины лётного поля. Пояснил: - Только надо поднять его "на ноги". Лежачих не бьём.

Несколько техников, вскочив в кузов полуторки, помчались к немецкому самолёту. Быстро поставили его на колёса. Генерал Савицкий тут же взлетел. Вскоре над аэродромом громыхнула пушечная очередь. "Мессер" содрогнулся, как в лихорадке, из-под крыльев взметнулась пыль.

После посадки Генерал в окружении лётчиков направился к мишени. "Главный калибр" сработал отменно. В фюзеляже и крыльях зияли огромные пробоины.

- Ишь ты, все ребра ему посчитали. А не свалился, окаянный, - заметил кто-то.

- Что ж, надо свалить, - согласился Генерал. Оглядел лётчиков, спросил: - Что, Киселёв, сможете ?   Но условие: с первой атаки.

- Если командир прикажет - готов ! - лихо отчеканил Иван.

Истребитель рванулся ввысь. А через минуту, что ушла на маневр, - разящая атака. Ещё не успело стихнуть пушечное эхо, "Мессер" как подкошенный плюхнулся на фюзеляж. Всего 3 снаряда израсходовал лётчик. Пока заходил на посадку, командир объявил:

- Одна машина с "главным калибром" моя. Вторая - Киселёва !

На ней он и ушёл в боевой вылет в знойный августовский полдень. С боевыми друзьями сопровождал группу бомбардировщиков Пе-2. Объект удара располагался далеко за линией фронта, в 150 километрах от аэродрома. Путь к цели пытались преградить косяки "Фоккеров". Завязался ожесточённый бой. Опрокидываясь, факелами рухнули вниз несколько машин с чёрными крестами. Одна из них, по которой ударил Иван, разлетелась вдребезги. А сверху уже пикировала ещё пара "Фоккеров". Киселёв пошёл в лобовую атаку. Но едва успел открыть огонь, как самолёт сильно встряхнуло.

В тот же миг всё тело пронзила жуткая боль. И, хотя было ярко - синее небо, глаза застилала чёрная ночь. Лётчик инстинктивно подал штурвал от себя. В голове, словно в полузабытьи, пронеслось: "Бронебойными снарядами, видать, угодили. Как далеко от дома !.."   От этой, кольнувшей в сердце мысли он пришёл в себя. Первое, что увидел, - кровавые брызги. Они били в лицо, впивались в прозрачный плексиглас фонаря. Но мотор работал, и лётчик стал выравнивать машину. Тут его взгляд скользнул вниз. Он оцепенел. На полу кабины валялась нога, отбитая снарядом. А из разодранной штанины торчал окровавленный обрубок кости, стуча о металл. Страшная боль клещами сдавила виски, на глаза вновь надвинулась ночь.

Но человек жил, боролся. Огромным усилием воли он овладел собой. Приподняв обеими руками перебитую ногу, передвинул её ближе к сиденью, воткнул костью в пол. Стало вроде легче. Вот так и летел. 30 тяжких минут полёта. Полчаса страшной, смертной дороги. Потому что были мгновения, когда слабеющая рука, разжимаясь, отпускала штурвал. Казалось, нет больше сил управлять самолётом. Но он всё превозмог, пробился к своим.

Истребитель сел на белые полотнища посадочного "Т": погасить снос лётчик не мог. Нечем было отклонить правую педаль. Приземлившись, он уцелевшей ногой отвернул машину и сторону. Чтобы не помешать посадке тех, кто шёл вслед за ним. Он думал о друзьях - товарищах.

...Долго длилось лечение. С протезом Иван Киселёв вернулся в полк. Снова летал.

Отгремела война. Ушёл Иван Киселёв в запас. Стал работать в Аэрофлоте. Сменил лётную профессию на земную. Только небо, где юность на крыльях промчалась, в сердце оставил. Он работал и учился. Дел, как всегда, было невпроворот. Но за эту работу да ещё за душевную отзывчивость уважают его люди и здесь, в новом коллективе. Когда закончил Высшую партийную школу при ЦК КПСС, коммунисты оказали ему большое доверие, избрав секретарём парткома Министерства Гражданской Авиации. Так что рабочее место по-прежнему на аэродроме. Не расстался с небом !

А в дни, когда страна отмечала всенародный праздник - 20-летие Победы, в жизни Ивана Киселёва произошло ещё радостное и волнующее событие. На его груди засияла "Золотая Звезда". Высшая награда Родины нашла героя. В тот же день, когда в газетах был напечатан Указ, Иван услышал знакомый голос. Тот, что звучал когда-то на фронте. Но теперь он прозвучал по телефону:

- "Сирень", от всей души поздравляю !

Иван узнал своего фронтового командира.

- Спасибо, товарищ Маршал !

Был май. В чистом, вешними дождями омытом небе безмятежно плыли стаи облаков. Шествовала весна по земле. Хлеба набирались живительных соков. В белокипенной вьюге благоухали сады. Цвела сирень...

Автор статьи - С. Ковалёв.


Возврат

Н а з а д



Главная | Новости | Авиафорум | Немного о данном сайте | Контакты | Источники | Ссылки

         © 2000-2015 Красные Соколы
При копировании материалов сайта, активная ссылка на источник обязательна.

Hosted by uCoz