Бабаев Александр Иванович - советский военный летчик Герой Советского Союза - Красные соколы: русские авиаторы летчики-асы 1914-1953
Красные соколы

КРАСНЫЕ СОКОЛЫ. СОВЕТСКИЕ ЛЁТЧИКИ 1936-1953

А
Б
В
Г
Д
Е
Ж
З
И
К
Л
М
Н
О
П
Р
С
Т
У
Ф
Х
Ц
Ч
Ш-Щ
Э-Ю-Я
лучшие истребители лётчики-штурмовики женщины-летчицы
Нормандия-Нёман асы Первой мировой снайперы ВОВ
HSU

Бабаев Александр Иванович

А.И.Бабаев

Родился 6 Сентября 1923 года в городе Калуге, в семье рабочего. С 1930 года жил в Воронеже. Окончив неполную среднюю школу в 1940 году, работал грузчиком заготконторы, одновременно учился в аэроклубе. В Декабре 1940 года был призван в ряды Красной Армии и в 1941 году окончил Краснодарскую военную авиационную школу лётчиков. Служил пилотом в запасных авиационных полков ( Приволжский и Архангельский военные округа ).

Участник Великой Отечественной войны с Апреля 1942 года по Ноябрь 1944 года. Был лётчиком, старшим лётчиком, командиром звена, заместителем командира эскадрильи 196-го истребительного авиационного полка. Воевал на Ленинградском и Карельском фронтах. Всего Старший лейтенант А. И. Бабаев совершил 260 успешных боевых вылетов на истребителях Р-40Е "Киттихаук", Р-39 "Аэрокобра" и Як-1. Проведя 48 воздушных боёв, в которых сбил лично 9 и в группе 1 самолёт противника.

После войны продолжал службу в строевых частях ВВС Московского военного округа. В числе первых строевых лётчиков освоил реактивную технику. Неоднократно возглавлял группы реактивных истребителей на авиационных праздниках и парадах.

В 1947 окончил Липецкие высшие офицерские лётно - тактические курсы, в 1958 году - Военную академию Генштаба. Командовал авиационной дивизией. В 1963 - 1965 годах - заместитель командующего по боевой подготовке, в 1965 - 1967 годах - 1-й заместитель командующего 24-й Воздушной армией ( Группа советских войск в Германии ). В 1967 - 1968 годах - 1-й заместитель командующего 26-й Воздушной армией ( Белорусский военный округ ). С Апреля 1968 года по Август 1973 года командовал 76-й Воздушной армией ( Ленинградский военный округ ). С Августа 1973 года по Сентябрь 1978 года командовал 16-й Воздушной армией ( Группа советских войск в Германии ). Несмотря на большие командные должности и возраст, регулярно совершал полёты на сверхзвуковых истребителях.

21 Февраля 1978 года за личное мужество и отвагу, проявленные в период Великой Отечественной войны, высокие результаты в боевой подготовке войск, освоении новейшей боевой техники и в связи с 60-летием Советской Армии и Военно - Морского Флота Генерал - полковнику авиации А. И. Бабаеву присвоено звание Героя Советского Союза.

С Сентября 1978 года по Апрель 1980 года вновь командовал 76-й Воздушной армией ( Ленинградский военный округ ). В 1980 - 1985 годах - командующий ВВС Ленинградского военного округа. С Января 1985 года - консультант факультета подготовки врачей для ВВС Военно - медицинской академии в Ленинграде. Депутат Верховного Совета РСФСР 9-го созыва. Заслуженный военный лётчик СССР. Умер 22 Мая 1985 года. Похоронен в Санкт - Петербурге, на Богословском кладбище.

Награждён орденами: Ленина  ( дважды ), Красного Знамени   ( пять ), Отечественной войны 1-й степени  ( дважды ), Красной Звезды  ( четырежды ), "За службу Родине в Вооружённых Силах СССР" 3-й степени; медалями, иностранными наградами.

*     *     *

Выбранная под полевой аэродром густо заросшая ровная площадка была совсем небольшой. И всё же она вполне годилась для посадки реактивных самолётов. У Генерала А. И. Бабаева на этот счёт не было ни малейшего сомнения: накануне он сам здесь побывал, досконально вник во всё, ознакомился с пробами грунта. А сегодня первым держит сюда путь воздухом. Бабаев уже успел выполнить тактическое упражнение с бомбометанием и стрельбой на полигоне. Теперь в баках самолёта оставалось совсем мало топлива. При посадке на грунт чем легче машина, тем лучше, но мешкать не следует: чуть промедлишь - и в баках будет пусто.

Кажется, всё складывалось хорошо. Вот если бы только не опустившееся на горизонт солнце, которое било прямо в глаза, да ещё не эта злополучная ошибка с выбором места для приводной станции. Кому пришло в голову разместить её прямо на лётном поле ?

Перекладывая машину из крена в крен, Бабаев внимательно осматривался. Земля мелькала ярким ковром разнотравья. И никаких заметных ориентиров. Ну просто глазу не за что зацепиться.

- Буду садиться, - передал Бабаев по радио. - Внимательно наблюдайте за мной, корректируйте по направлению.

Истребитель - бомбардировщик лёг в крутой разворот. Стремглав метнулось из кабины раскалённое добела солнце и скрылось внизу за фюзеляжем. Всего несколько минут отдыхали глаза от его слепящего света. После очередного разворота самолёт уже снова мчался прямо на сверкающий солнечный диск. Короткая команда с земли чуть довернуть влево. Ещё одна команда. Стрелки пилотажных приборов замерли на положенных делениях. Но где же граница "лётного поля" ?   Нет, определить её с воздуха фактически было невозможно. А на земле - только этот неудачно размещённый привод и одна связная радиостанция. Разумеется, сюда можно было бы доставить другие средства наземного обеспечения, самые что ни на есть современные. Но замысел полёта - всё делать по-фронтовому.

- Моё удаление ? - запросил лётчик.

Удаление передали. Но лишь приблизительно, потому что оно определялось на глаз. Полёт продолжался в горизонте, а надо было уже снижаться. Бабаев понял это, когда, казалось, ничего поправить было уже невозможно.

Он не потерял ни одного из немногих оставшихся шансов на успех. Сразу же без малейшего промедления убрал газ и чёткими энергичными движениями рулей управления перевёл самолёт на снижение. Угрожающе резко рванулась навстречу земля. Она была совсем рядом, когда вовремя данные обороты двигателю упредили грубое столкновение с ней тяжёлой машины.

А.И.Бабаев

Трудная, далеко не стандартная посадка была произведена там, где и следовало. Короткого отрезка до противоположной границы площадки как раз хватило для погашения скорости на пробеге.

Генерал А. И. Бабаев открыл фонарь кабины, освободился от привязных ремней и лямок парашюта. Спустившись на землю, он неторопливо осмотрел самолёт. С особым вниманием проверил шасси. Повышенную нагрузку при посадке на грунт колёса и стойки выдержали отлично. Машина была в полной исправности.

Только теперь Александр Иванович Бабаев почувствовал обычное послеполётное расслабление.

Лёгкий ветерок опахнул его сладковатым запахом свежепримятой травы, в наступившей тишине вдруг встрепенулась переливчатая скороговорка жаворонка. Бабаев запрокинул голову, отыскал звонкоголосую птичку. Вот она сложила крылья и отвесно пошла вниз. Красиво и просто. А на самолёте такой маневр потруднее.

Да, сегодняшний полёт выдался не из лёгких. И что греха таить, получился весьма рискованным. Но могло ли быть иначе ?   Пожалуй, нет. Иначе могло быть лишь в случае, если бы не было идеи использовать для маневра сверхзвуковых реактивных самолётов грунтовые аэродромы. Поскольку же такая идея появилась, её нужно было проверить. Для пользы дела. Ведь это же здорово, ну прямо как в годы войны: выбрал подходящую площадку и, пожалуйста, без особой её подготовки приземляйся, а потом взлетай на новое задание. Что это значит для фронтовой авиации ?   И увеличение радиуса действия, и скрытность маневра, и быстрая переброска техники на новое место в случае ожидаемого удара со стороны противника. Как же ради этого было не рисковать ?

Этот теперь уже давний эпизод авиаторам хорошо запомнился. Разумеется, для выполнения такого задания нашлось бы немало других опытных лётчиков. Но у Бабаева командирский принцип - первый шаг в неизведанное и трудное делать всегда самому. Чтобы затем чётко представлять, что можно требовать от подчинённых и как их учить. Учить тому, что необходимо на войне. А что необходимо на войне, ему хорошо, известно.

*     *     *

Пилотаж - оружие лётчика. Именно с такой вот совсем маленькой полянки, которая громко именовалась полевым аэродромом, начинал Бабаев свой боевой путь в годы Великой Отечественной войны. Было это под Волховом. Он прибыл сюда зимой 1942-го. Истребительный авиационный полк вёл тяжёлые бои, защищая Дорогу жизни, прикрывал транспортные самолёты, идущие в осаждённый Ленинград и обратно, отстаивал подступы к Волхову от вражеских бомбардировщиков.

А.И.Бабаев

По 5 - 6 вылетов делали лётчики, изматывались в неравных воздушных схватках. Новичков с собой не брали, давали им возможность вжиться во фронтовую обстановку, обстоятельно ознакомиться с районом действий, как следует изучить противника. Важно было вооружить их боевым опытом, сделать всё, чтобы первый бой для каждого из них не оказался последним.

Командиру эскадрильи Бабаев сразу пришёлся по душе. Рослый, крепкого сложения, с энергичным волевым лицом, лётчик выглядел гораздо солиднее своих неполных 19-ти лет. Он окончил училище по ускоренному курсу в звании сержанта. Торопила война. Но и за короткое время Бабаев сумел отлично справиться с программой, о чём свидетельствовала выпускная лётная характеристика. Потом был запасной полк, освоение новой техники. И снова проявил себя с лучшей стороны. "Отличный может получиться лётчик, есть всё данные, - пришёл к выводу Горбатов. - Только надо сразу показать ему, к чему он должен стремиться".

О пилотажном мастерстве Горбатова в полку хорошо знали. Каждый раз, уходя на боевое задание, он неизменно после взлёта выполнял двойную полупетлю. Это был высший класс. Это был настрой на самую трудную схватку с врагом. Даже видавшие виды лётчики диву давались его филигранной технике пилотирования, а молодёжь просто замирала от восторга.

И вот однажды, когда выдался приличный солнечный день, Горбатов пригласил Бабаева в кабину учебного самолёта.

- Давай-ка сходим в зону. Хочу посмотреть, как ты машиной управляешь.

- Разрешите уточнить задание ? - как можно спокойнее спросил Бабаев, скрывая охватившее его волнение. Он давно уж с нетерпением ждал этого часа.

Комэск перечислил комплекс фигур.

- Жми на всю катушку, на меня не оглядывайся, - подбодрил он лётчика.

Покачиваясь на кочковатом грунте, учебный самолёт взял короткий разбег и легко взмыл в небо.

Истина известная: лётчику, чтобы хорошо чувствовать свой самолёт, нужны регулярные тренировки. Но бывает так: непредвиденный долгий перерыв вдруг настолько обострит жажду полёта, что будто и не было никакого перерыва, и машина настолько послушна тебе, что впору запевать песню. Так приходит истинное вдохновение, и нечто подобное испытал Бабаев.

На едином дыхании, чувствуя огромное наслаждение, выполнил он пилотаж, отменно чисто вывел в голубой выси каждую фигуру. Сам диву дался - ни одного просчёта.

Бабаев настолько был увлечён, что даже забыл о комэске. Он услышал его, когда пилотаж уже остался позади. Горбатов беспечно тянул какой-то весёлый мотив из оперетки. И тогда Бабаев вспомнил, что комэск пел в течение всего полёта, не переставая. Он, кажется, не умолкал даже на перегрузках мёртвой петли, и это лётчику показалось теперь странным. Как же такое возможно ?

Машина круто пошла на снижение.

- Не спеши, голубчик, домой, - услышал Бабаев глуховатый, врастяжку голос Горбатова. - Давай-ка теперь поменяемся ролями...

После посадки Бабаев долго не мог прийти в себя. То, что он увидел и испытал, не укладывалось в сознании. Самолёт то стремглав падал к земле, готовый, казалось, протаранить её насквозь, то свечой взвивался ввысь, ломая траекторию полёта самым неожиданным образом. Он выделывал такие фигуры, которым и названия-то невозможно было найти. Вместе с тем в действиях комэска нельзя было не видеть точнейшего расчёта, разумного построения каждого маневра, великолепной ориентировки в воздухе.

- Надеюсь, всё понял ? - сказал комэск, когда Бабаев обратился к нему, чтобы получить замечания. - Вот так надо действовать в бою. Только так, хорошенько это запомни.

Р-40Е из 196-го ИАП.

Бабаев старался, характера ему было не занимать. Вскоре он был определён ведомым к широко известному в то время лётчику Андрею Чиркову. Десятки боевых вылетов провели они вместе. Сопровождали транспортные самолёты, прикрывали наземные войска, вели жаркие схватки с вражескими бомбардировщиками и истребителями. И всегда под стать ведущему смело и решительно действовал в воздухе ведомый. Отлично владея самолётом, Бабаев обеспечивал надёжное прикрытие своему командиру и всегда вовремя успевал появиться там, откуда ведущему могла угрожать опасность.

А потом настал черёд ему самому водить группы на боевые задания. Он стал командиром звена.

*     *     *

В Январе 1943 года перед прорывом блокады Ленинграда Бабаев получил приказ сопровождать парой 2 экипажа Ил-2 в тыл противника на разведку. Задание было ответственным и крайне рискованным. Однако до цели в район Луги группа прошла без каких - либо осложнений.

Бабаев внимательно осматривался. Погода стояла пасмурная, но видимость была вполне приличной. Ничего подозрительного в воздухе не наблюдалось. Ведомый находился на своём месте и тоже ни о чём опасном не предупреждал. Между тем "Илы" вышли уже на объект разведки - штаб корпуса противника, сделали один заход, развернулись на второй. И в этот момент справа под облаками слабо проклюнулись 4 чёрные точки. Потом ещё 4, еще...

Предупреждённые Бабаевым "Илы" с боевого курса сразу же нырнули к земле, где они были менее уязвимы. Бабаев развернул пару следом за ними. А сбоку сзади страшной лавиной круто заходили в атаку 16 FW-190.

- Ножницы в горизонте !   На пределе ножницы ! - успел передать Бабаев.

"Илы" и прикрывавшие их истребители мгновенно опрокинулись в сходящиеся полувиражи. Первая вражеская четвёрка проскочила мимо, никого не зацепив. А наши пары уже стремительно скрестили "ножницы", потом тем же маневром с предельной перегрузкой ловко увернулись от удара очередной группы противника.

Внезапной атаки у немцев не получилось. Да они и не рассчитывали на внезапность. К тому же, как выяснилось позднее, "Фоккерами" управляли отборные фашистские асы, которые, недавно прибыв под Ленинград, выполняли ознакомительный полёт. Случайно подвернувшаяся наша четвёрка была для них забавой, не больше. Они полагали с ней разделаться походя.

Советские лётчики противопоставили врагу хладнокровие, выдержку, умение быстро оценить обстановку, тактическую сметку и лётное мастерство. Они знали, что вертикаль, где особенно сильны FW-190, нашим не страшна: идти на вертикаль мешали облака. От них до земли было всего лишь 600 метров. Стало быть, выход у противника остался один - нападать в горизонтальной плоскости. А здесь преимущество оставалось за советскими, более маневренными самолётами.

Но что значило это преимущество против 4-кратного численного превосходства врага ?   Само по себе - ничего. Спасти положение можно было только неожиданными тактическими приёмами, умением пилотировать машины на максимально возможных перегрузках. Малейшее расслабление открывало брешь противнику для нанесения прицельного удара.

Задача была сложнейшей. Бабаев отлично это понимал. Но только так, и никак иначе, следовало действовать, только при этом можно было ещё на что-то надеяться, как-то обороняться, а по возможности и контратаковать. О себе Бабаев не беспокоился, силу свою в пилотаже он знал. Вопрос был в том, как поведут себя штурмовики.

Между тем фашисты, озлобленные первой неудачей, снова всей группой устремились в атаку. Сломать ненавистные "ножницы" и поодиночке расстрелять краснозвёздные машины - вот к чему они стремились. Но их подводили самонадеянность, торопливость, неорганизованность в действиях. Яростно атакуя, рассчитывая на лёгкую добычу, они мешали друг другу, упускали выгодные моменты для точного огня.

Однако главное было всё-таки не в этом. Главное было в том, что ни один из наших лётчиков не дрогнул, ни один из них ни разу не оплошал, не отступил от чёткой установки ведения боя. Самое удивительное было то, что штурмовики, эти тяжёлые бронированные машины, закручивали "ножницы" под стать истребителям, управлявшие ими лётчики показывали высший класс пилотажного мастерства.

Около 30 минут отважно сражалась наша четвёрка с "Фокке - Вульфами". Долгие полчаса на страшных перегрузках она попарно отсекала оголтелые наскоки врага, уводя его к линии фронта и по возможности нанося ответные удары. И она выстояла. Она победила !   Фашисты над передним краем повернули домой, не досчитавшись 2-х самолётов, а наши не потеряли ни одного. Но важнее всего было то, что разведчики успешно справились с поставленной задачей, доставили командованию фотоснимки вражеского объекта.

На аэродроме пару сопровождения встречал командир полка, опытный лётчик, участник боёв в Испании Подполковник Артемьев. Когда Бабаев, тяжело выбравшись из кабины, направился к нему для доклада, он вдруг почувствовал, что его шатает, а земля уплывает из-под ног.

- Всё знаю, - тепло сказал командир. - Вы даже не представляете, какие вы молодцы. Давай-ка сегодня на отдых, а завтра выступишь перед лётчиками, всем будет полезно тебя послушать.

Перед сном Бабаев вспомнил о предстоящем выступлении и попытался собраться с мыслями. Разговор надо будет начать с пилотажа, с урока Горбатова, подумал он. Надо убедительно показать, какое это сильнейшее оружие истребителя и сколь большие возможности кроются тут для боя. Тот, кто в совершенстве владеет пилотажем, всегда будет хозяином в воздухе. И ещё: важно знать противника, его технику, тактику. Не изучи мы досконально "Фокке - Вульфы", ещё не известно, как бы всё обернулось.

*     *     *

Бабаев считал, что с учителями в лётном деле ему постоянно везло. Вот, к примеру, первые его наставники в лётном училище - Фатеев и Родионов. Сами одержимые небом, отличные пилотажники, они и курсантам умели привить вкус к авиации, любовь к ней, преданность и верность избранному пути на всю жизнь. Человек рождён, чтобы ходить по земле. Но если он обрёл крылья для полета, эти крылья должны быть сильными. Отлично владеть лётной профессией, найти в ней истинное своё призвание, полностью раскрыть свои способности - вот что значило по-настоящему любить авиацию, как это понимали Фатеев и Родионов. А для этого требовалось трудиться в поте лица, учиться и учиться.

Такими же были командир эскадрильи Антипов и командир звена Перов в запасном полку, Горбатов, Артемьев и Чирков на фронте. Всё хорошее у Бабаева - от них, мужественных и смелых воздушных бойцов, по-отцовски заботливых, строгих воспитателей. Они сами достойны подражания во всём и знают, как готовить подчинённых к суровым испытаниям небом и войной. Вон какая слава гремит о Чиркове, сколько уже блестящих побед на его счету. Это он, Андрей Чирков, первым сбил в воздушном бою фашистский самолёт в ленинградском небе. Очень много делалось в полку, где служил Бабаев, чтобы каждый лётчик воевал надёжно и умело. Между боями иной раз перевести дыхание было некогда, однако малейшая возможность использовалась для занятий, для совершенствования методики и тактики действий. Но иначе и быть не могло. Враг был жестоким и сильным.

Зимой 1943 года полк получил новые боевые машины. Переучивание на них прошло чётко и организованно. Прошло совсем немного времени, и вот уже Майор А. Чирков повёл большую группу в составе 12 экипажей на первое боевое задание. В этой группе находился и Бабаев.

Обстановка на Ленинградском фронте по-прежнему оставалась сложной. Немецкие войска всеми силами пытались задушить Ленинград жестокой блокадой, ни в коем случае не упустить инициативу из своих рук. Высокую активность проявляла вражеская авиация, которая располагала солидным самолётным парком. Поэтому борьба с ней была важной и ответственной задачей. Наши лётчики это хорошо понимали и старались сделать всё от них зависящее, применяли разнообразные формы и способы действий в схватках с воздушным противником.

В этот раз группа Чиркова получила установку точно в заданное время блокировать вражеский аэродром, с которого, по данным разведки, готовился боевой вылет нескольких десятков самолётов.

Ставка была сделана на внезапность. Важно было скрытно миновать линию фронта и постараться до появления над целью ничем не обнаружить себя. Группа чётко осуществила замысел. Стремительным броском она вышла в заданный район, затем резко изменила направление полёта и без каких-либо осложнений вскоре замкнула круг над аэродромом. Сверху было отчётливо видно, как засуетились возле самолётов немцы. Лётчики внимательно следили за их действиями. Решительными атаками они незамедлительно пресекали попытки противника подняться в воздух.

Почти 40 минут мёртвой хваткой держала наша группа противника на земле. Ровно столько, сколько требовалось для срыва его вылета. А главным оружием у лётчиков снова был пилотаж. Бабаев диву давался, что творил на новом самолёте Чирков. Будет над чем поразмыслить, чтобы встать вровень с учителем...

А.И.Бабаев у своего самолёта.

Тяжёлые изнурительные бои сменялись один другим. Враг был сломлен и отброшен от стен Ленинграда. Но бои продолжались. Предстояло выдержать ещё немало испытаний, чтобы изгнать захватчиков с советской земли и полностью их разгромить.

*     *     *

Летом 1944 года в 196-й авиационный полк, которым тогда командовал Майор А. В. Чирков, прибыли на пополнение молодые лётчики.

- Поговори с ребятами, - сказал командир полка Бабаеву, к тому времени уже исполнявшему обязанности командира эскадрильи. - Введи в курс дела, ознакомь с нашими задачами, с положением на фронте, расскажи о традициях. Приглянется кто, забирай к себе, возражать не буду. - Чирков знал: на Бабаева можно положиться.

Спустя некоторое время в перерыве между боями командир полка поинтересовался, как идут дела у новичков.

- Сегодня планируем посмотреть, как они пилотируют, - ответил Бабаев.

- Вот и отлично, я тоже непременно буду на полётах, - оживился Чирков.

Первым на задание уходил Лейтенант Алексей Байгузин, спокойный, небольшого роста, худощавый парень.

- Весь пилотаж - над аэродромом, высота 300 метров, - наставлял его перед взлётом Бабаев. - Действуй, как учили.

Байгузин выполнил весь пилотаж отменно чисто, ровно, лишнего ничего не допустил. И всё же он поразил всех наблюдавших за ним. Даже Чирков от удовольствия потирал руки. А дело было в том, что пилотировал Байгузин на такой высоте, что дух захватывало. С 1000 метров, не больше, начал он каскад вертикальных фигур. У него не было никакого запаса на исправление любой маломальской ошибки. Но лётчику ни разу не изменили выдержка и самообладание.

- Вот это новичок ! - сказал Чирков, обращаясь к Бабаеву.

- Да, - согласился комэск, а про себя подумал: "Восторгаться тут нечем - на самолёте прибор высоты с нестандартными обозначениями, вот Байгузин, наверное, и запутался".

Так оно и оказалось: Лейтенант действительно просчитался и был уверен, что пилотирует на заданной высоте. Что ж, всякое случается. А изюминка у Байгузина, однако, была. И он доказал это.

В тот же день Чирков решил испытать новичка в учебном поединке. Они ушли в воздух в паре. Набрали положенную высоту, энергично отвернули в разные стороны. Потом стремительно стали сближаться. Схлестнулись в лобовой атаке, разминулись впритык. На глубоком вираже снова сошлись в лобовой. Искушенный в схватке с врагом, богатырски сложенный, Чирков полагал, что будет очень просто на предельной перегрузке быстро зайти в хвост самолёта, пилотируемого ещё не успевшим понюхать пороха и хрупким на вид Лейтенантом. Но не тут-то было. Байгузин дважды кряду ловко вышел из-под удара. Поединок перекинулся на вертикаль. Чирков закрутил такой каскад фигур, в котором, как ему казалось, будет легко обеспечить преимущества над новичком. Но удивительное дело - Байгузин не дал командиру ни малейшего шанса для выполнения придельной атаки. Схватка, как и прежде, шла на равных. Неожиданно стала портиться погода, с запада надвинулись низкие облака. Но бой не прекратился: лётчики устремились на малую высоту. Ревя моторами, истребители стали теперь закручивать тугие узлы чуть ли не над головами наблюдавших. Даже видавшие виды авиаторы, следя за тем, что творилось в небе, начали побаиваться - как бы не случилось беды.

Тяжёлый поединок продолжался до тех пор, пока в баках не иссякло горючее. Бой так и не выявил ни победителя, ни побеждённого. После посадки командир полка крепко обнял Байгузина, расцеловал его и, обернувшись к Бабаеву, с чувством сказал:

- Вот тебе ведомый, бери, не просчитаешься.

- Так и сделаю, - ответил Бабаев.

На следующий день возглавляемая Бабаевым группа истребителей сопровождала бомбардировщик Пе-2 на разведку в тыл противника. Полёт был не из простых. Тут и сильный зенитный огонь над линией фронта, и чужая территория со всеми неожиданностями, которые подстерегают на каждом шагу, и возможная встреча с самолётами противника.

Однако Байгузин не показывал никаких признаков беспокойства, вёл себя так, как наставлял командир: точно выдерживал место в строю, незамедлительно следовал любому маневру ведущего, не шарахался, когда рядом рвались снаряды. "А паренёк, видать, действительно крепкий, хорошо держится", - с удовлетворением отметил Бабаев.

Разведчик успешно решил свою задачу. Оставалось обеспечить ему безопасное возвращение домой. На обратном пути в прифронтовой полосе Бабаев приметил вражеский аэродром, над которым роились "Мессершмитты". И тут едва не произошло непоправимое. Экипаж нашего бомбардировщика принял этот аэродром за свой и начал разворачиваться на посадку. Бабаев сразу же разобрался в заблуждении разведчика.

- Отставить снижение, ошибка, следовать курсом, - передал он по радио.

Затем ведущий приказал паре истребителей, идущей рядом с бомбардировщиком, продолжать его сопровождение, а остальных повернул в сторону противника. В короткой схватке они сбили 3 фашистских самолета и, вызвав панику среди тех, кто находился в воздухе и на земле, быстро исчезли. А тем временем бомбардировщик благополучно возвратился домой.

Вот таким получилось боевое крещение у Алексея Ивановича Байгузина. Бабаев остался доволен новичком. Он показал высокую надёжность в бою - важнейшее качество, которым непременно должен обладать ведомый.

*     *     *

На очередное задание они снова пошли вместе. С ними был ещё один молодой лётчик - Паисий Мантуров. Группа стартовала ровно в полдень и после взлёта развернулась к переднему краю. Июль - разгар лета, но погода держалась не жаркая, мягкая, небо было плотно закрыто слоисто - кучевыми облаками. На одном из участков фронта наши наземные войска готовились к решительному наступлению. Прикрыть их с воздуха от возможного появления бомбардировщиков противника - такая задача стояла перед лётчиками.

Ведущему группы не по душе были низкие облака. "На барражировании обзор будет маловат, противника далеко не обнаружишь. Да и без преимущества в высоте плоховато, лишнее время потребуется на сближение, а где его взять ?" - так размышлял Бабаев, оценивая ту обстановку, которая вероятнее всего могла сложиться. Упорно нащупывая приемлемый вариант действий, он то снижался к земле, то выполнял подскок к облакам. Стрелка высотомера показывала 1500 метров, а дальше машину поглощала дымка.

И вот они в заданном районе. Ведущий внимательно ориентируется по земле, определяет рубеж постановки воздушного заслона. Потом взглядом снова скользит по облакам, и - глазам своим не верит. Над всей намеченной зоной барражирования в облаках образовался громадный купол. Решение пришло мгновенно: барражировать именно в этой полости, лучший вариант для засады трудно придумать.

А.И.Байгузин.
А. И. Байгузин.

Группа рассредоточилась, построилась так, чтобы в любой момент один из экипажей находился на самом выгодном направлении, готовый немедленно атаковать противника. И ловушка сработала безотказно: 3 фашистских бомбардировщика и 1 истребитель сбили они в этом полёте, а сами вернулись домой невредимыми.

Потом Лейтенант А. Байгузин стал ведомым у Майора А. Чиркова. Пришлось Бабаеву расстаться и с Мантуровым. А вместе их всех снова свела судьба уже в мирном небе. В авиационных частях они обучали высшему пилотажу молодых лётчиков - истребителей, готовили надёжную смену. Десятки раз вместе в одной пятёрке, возглавляемой Бабаевым, участвовали в воздушных парадах. И нельзя было не поражаться их отточенным мастерством, великолепной слетанностью, мужеством и самообладанием.

*     *     *

Да, Бабаев сполна познал, что такое война. Разве может он забыть тот памятный боевой вылет в район Нарвы на прикрытие наших войск ?   Возглавляемая им группа справилась со своей задачей и должна была возвращаться домой. Горючего в баках оставалось совсем мало. Но поступил приказ продержаться ещё чуть - чуть до подхода другой группы истребителей.

Чуть - чуть они продержались. А когда уже получили разрешение следовать на свой аэродром, Бабаев вдруг увидел внизу под собой ползущие немецкие бомбардировщики. Раздумывать было некогда. Резко сломав полёт, истребитель опрокинулся в атаку. Ударить наверняка, нарушить строй бомбардировщиков, разметав их до подхода новой нашей группы, - вот что было важнее всего. Бабаев знал: повторного захода не будет, не позволит голодный паёк топлива.

В крутом пике, на предельной скорости он сумел взять в прицел головной самолёт. Мгновение - и тот резко свалился на плоскость. И тут же Бабаев ощутил сильнейший удар по своей машине. Над головой мелькали обломки срезанного крыла, проскользнул крестатый фюзеляж "Мессершмитта"...

P-39Q из 196-го ИАП

Истребитель P-39Q "Аэрокобра" из состава 196-го истребительного авиаполка, осень 1944 года.

А истребитель уже шёл к земле спиралью, то опуская, то задирая нос. Рулей он не слушался - слишком тяжёлыми были повреждения. Надежда оставалась только на парашют. Бабаев уточнил высоту - прыгать было вполне можно. Но покинуть самолёт ему не удалось: ударом отбитой плоскости наглухо заклинило фонарь. Все попытки открыть его оказались тщетными.

Он очнулся спустя некоторое время после падения. Огляделся - кругом лес. Потом перевёл взгляд на самолёт. Что от него осталось !   Ни двигателя, ни плоскостей. Всё посрывало и разметало при столкновении с деревьями. Одна кабина только и уцелела. А злополучный фонарь сбросило.

Бабаев пошевелил руками, ногами - вроде слушаются. Но выбраться из кабины он не мог. Слишком сильный, видимо, был удар, помяло его основательно. К счастью, поблизости оказались наши пехотинцы. Они принесли лётчика в расположение части, сообщили в авиационный полк. И вскоре Бабаев был среди своих товарищей.

Он пытался крепиться, говорил, что чувствует себя вполне нормально. Но врач настоял на госпитализации. Лётчик пробыл в госпитале всего 2 недели, а потом без разрешения сбежал в свой родной полк. Командир уладил вопрос с врачами. И снова было небо. И бои, бои...

Отгремела война, героическая борьба советского народа завершилась великой Победой. С тех пор минуло почти 40 лет. И все эти годы Александр Иванович Бабаев отдаёт себя без остатка верному служению Родине в Военно - Воздушных Силах. Он постоянно летает сам, чтобы всегда быть в хорошей форме, совершенствует методику и тактику применения техники в современном бою и учит других, готовит умелых воздушных бойцов, надёжных защитников завоеваний Октября.

В 27 лет он уже командовал авиационным полком, проявил на этом посту высокие организаторские способности, умение сплотить личный состав, повести его за собой, мобилизовать на успешное решение стоящих задач. Бабаеву присущи смелость в командирских решениях, новаторство, творческое отношение к лётному делу. В основе этого лежат большой личный опыт, профессиональное мастерство, глубокие знания. Он не терпит осторожничания, послаблений в полётах, потому что знает: в упрощённых условиях лётчик не приобретёт того, что ему необходимо в настоящем бою, не подготовит себя к трудным испытаниям и, следовательно, не сумеет их выдержать, не сможет победить. А это самый большой брак, прежде всего в работе командира, и за это он в ответе перед своим народом и государством.

Потом была учёба в Военной академии Генштаба. Менялись должности, масштабнее становились решаемые вопросы, Но на каком бы посту ни был Бабаев, он не расставался с небом, находил время для полётов, для совершенствования профессионального мастерства. Чтобы учить других, умело выполнять организаторские функции, грамотно направлять учебный процесс на местах, он, как и прежде, считал своим долгом лично самому быть в лётном деле на уровне требований дня.

Как и в годы войны, личный пример командира, принцип в обучении "делай, как я" он считает важным и нержавеющим оружием. Однажды, получив назначение на новую должность, Бабаев прибыл в один из авиационных полков, чтобы ознакомиться с ходом лётной подготовки. В полку была первоклассная боевая техника, но лётчики относились к новому самолёту с предубеждением, считали его тяжеловатым в управлении. Требовалось безотлагательно сломать возникший психологический барьер.

На таких самолётах Бабаев ещё не летал, но хорошо изучить их успел. Требовалось безотлагательно посмотреть истребитель - бомбардировщик в небе самому.

В тот день погода выдалась хорошей, безоблачной, поистине пилотажной. Бабаев не торопясь запустил двигатель, погонял его на различных режимах, внимательно осмотрел приборы в кабине. Волновался ли он ?   Немного, когда шёл к самолёту. И не то чтобы волновался, просто ощущал чуть большую приподнятость. Когда же опустился в кресло, устроился поудобнее в нём, пришло обычное рабочее состояние.

Он поднял в небо самолёт легко и красиво. Потом в наборе высоты попробовал маневрировать. Управление действительно казалось чуть тяжеловатым, но машина слушалась рулей отлично. Просто требовалось прилагать чуть побольше усилий. Приноровиться к этой особенности ничего не стоило. Но была ли она недостатком ?   Опытный лётчик, за долгие годы летавший на десятках типов различных самолётов, пришёл к обратному выводу. А потом подтвердил это великолепным пилотажем над аэродромом. Высшим пилотажем. Истребителю - бомбардировщику оказались доступны все сложнейшие фигуры.

Собравшиеся у стартового командного пункта лётчики, наблюдая за полётом Генерала, воочию убедились, на что способен их самолёт и какие великолепные возможности в нём заложены.

Потом Бабаев сходил ещё на полигон, уверенно отстрелялся по наземным целям, выполнил полёт по маршруту. И, удивительное дело, потребовалось совсем немного времени, чтобы лётчики преодолели психологический барьер и уверенно овладели всеми теми элементами, которые демонстрировал Генерал.

*     *     *
А.И.Бабаев

Вот такой он в учебных буднях - заслуженный военный лётчик СССР Александр Иванович Бабаев. Такой же, как и на фронте.

За личное мужество и отвагу, проявленные в период Великой Отечественной войны, высокие результаты в боевой подготовке войск, освоении сложной боевой техники и в связи с 60-летием Советской Армии и Военно - Морского Флота, Генерал - полковнику авиации Бабаеву Александру Ивановичу Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 Февраля 1978 года присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда"  ( № 11288 ).

Последнее время он жил в Ленинграде. Умер 22 Мая 1985 года.

( Из материалов сборника - "Герои ленинградского неба".   ЛЕНИЗДАТ, 1984 год. )
*     *     *

Список всех известных побед Лейтенанта А. И. Бабаева:
( Из книги М. Ю. Быкова - "Победы сталинских соколов".  Изд. "ЯУЗА - ЭКСМО", 2008 год. )


п / п
Д а т аСбитые
самолёты
Место воздушного боя
( одержанной победы )
Свои
самолёты
110.02.1943 г.1  FW-190  ( в группе - 1 / 4 )юж. Ям-Ижора"Киттихаук",

"Аэрокобра", Як-1.
220.03.1943 г.1  FW-190Красный Бор
302.08.1943 г.1  FW-190Келколово
406.06.1944 г.1  "Фиат"аэродром Майсниеми
519.06.1944 г.1  Ме-109ст. Сяйние
628.06.1944 г.3  Ju-87Ваккила
730.06.1944 г.1  Ju-87ст. Тали
81  FW-190

      Всего сбитых самолётов - 9 + 1;  боевых вылетов - 260;   воздушных боёв - 48.


Возврат

Н а з а д

Для разных работ, купить болгарку с доставкой и недорого можно в этом магазине.


Главная | Новости | Авиафорум | Немного о данном сайте | Контакты | Источники | Ссылки

         © 2000-2015 Красные Соколы
При копировании материалов сайта, активная ссылка на источник обязательна.

Hosted by uCoz