Снайперы РККА Великой Отечественной войны

СОВЕТСКИЕ СНАЙПЕРЫ 1941 - 1945

А
Б
В
Г
Д
Е
Ж
З
И
К
Л
М
Н
О
П
Р
С
Т
У
Ф
Х
Ц
Ч
Ш-Щ
Э-Ю-Я
лучшие снайперы-мужчины снайперы-женщины советские летчики

Кельбин Василий Афанасьевич

В.А.Кельбин.

Участник Советско - Финляндской войны 1939 - 1940 годов. Командовал ротой разведчиков.

В годы Великой Отечественной войны семья Кельбина: отец, мать и 4 сестры оказались на оккупированной немцами курской земле. А 5 его братьев ушли на фронт. Сам В. А. Кельбин стал одним из организаторов снайперского движения в пограничных и внутренних войсках НКВД охраны тыла Ленинградского фронта. Выезжая на стажировку с группами снайперов, лично принимал участие в боевых действиях.

В начале 1943 года отдельный снайперский батальон погранвойск под командованием Капитана В. А. Кельбина действовал в районе сосредоточения 67-й армии Ленинградского фронта.

Награждён многими орденами и медалями. Автор книги воспоминаний - "Горячею пулей..." отрывки из которой и предлагаются Вашему вниманию.

*     *     *

ПРОБА СИЛ...

После окончания Советско - Финляндской войны некоторые подразделения войск НКВД были преобразованы в пограничные отряды. Вновь сформированный 103-й погранотряд в Марте 1940 года прибыл к месту постоянной дислокации. Начальником его стал майор П. М. Никитюк.

В конце Марта погранотряд приступил к охране государственной границы. Кельбин служил тогда в штабе 3-й комендатуры. Но в Мае того же года был переведён в штаб отряда на должность заместителя начальника отделения боевой подготовки.

Боевое обучение пограничников велось тогда с учётом опыта Советско - Финляндской войны. На каждой заставе по штатному расписанию числилось 2 пары снайперов, вооружённых винтовками с оптическим прицелом. Однако их подготовка оставляла желать лучшего.

Ещё в 1938 году Кельбин закончил двухмесячные курсы начальников снайперских команд. Так что методику обучения снайперов знал прилично. Ему и поручили заниматься снайперами. Начал с того, что подготовил специальный сбор снайперов застав. За 20 дней они получили на нём практику ведения огня по появляющимся, движущимся и малоразмерным целям. И когда в Сентябре комиссия штаба погранвойск округа во главе с полковником Антоновым решила проверить выучку снайперов застав, они были готовы к этому.

38 пар снайперов со всех пограничных застав должны были демонстрировать своё мастерство. Установили на 450 метров мишени и полковник Антонов приказал Кельбину и ещё 4-м снайперам стрелять по ним до первого промаха. С перезаряжанием на каждый выстрел отводилось всего 5 секунд.

- Посмотрим, как стреляет прежде всего начальник отделения, - сказал полковник Антонов.

Когда Кельбин поразил цель подряд 27 раз, он дал команду прекратить стрельбу. А потом объявил ему перед строем благодарность, добавив при этом:

- Стрелять, как Кельбин !

Неплохо стреляли и другие снайперы. Пётр Гордеев поразил малую цель 21 раз, Иван Власенко - 21, Алексей Щербаков - 17, Николай Щербина - 16 раз. Они тоже заслужили поощрение. Снайперская команда погранотряда получила общую отличную оценку.

Очень пригодилась эта выучка в 1941 году, когда на нашу страну напала гитлеровская Германия. Боевые действия начались и на участке погранотряда, в котором служил Кельбин. В первых боях выделялись снайперы - пограничники, без промаха разившие врага. В их числе был старший сержант Иван Усольцев. Ещё в 1940 году он окончил курсы снайперов и, уезжая служить на 1-ю погранзаставу, с разрешения начальника отряда взял с собой снайперскую винтовку.

20 Августа 1941 года от острова Тейкарсари  ( ныне Игривый ) отошла моторная лодка с 6 пограничниками. Начальник заставы 103-го погранотряда лейтенант В. Г. Девятых решил выяснить, почему уже более 2-х суток не отвечает на свой позывной радиостанция материковой заставы соседнего погранотряда. Хотелось уточнить и оперативную обстановку на этом участке, договориться с начальником заставы о взаимодействии на случай попыток врага десантироваться на острова.

Деловито тарахтя мотором, лодка бойко резала волны, оставляя за кормой седой бурун. Впереди замер пулемётчик Верёвкин. Рядом с ним рассматривал в оптический прицел приближавшийся берег старшина заставы старший сержант И. Усольцев. У движка вздыхал и хмурился моторист. Понять его было нетрудно: поднимался боковой ветер, в борт лодки стала бить крутая волна. Если заглохнет мотор - туго придётся. Не выдержал молодой пограничник:

- Товарищ лейтенант !   Разрешите убавить ход...

- Ничего, - положил руку ему на плечо Владимир Григорьевич. - Крепче руль держите.

Слева остался остров Сантисари. Лодка на большой скорости продолжала идти к берегу. Уже показался мыс Питкяниеми. До рези в глазах всматривался лейтенант в знакомый берег. Вдруг старший сержант Усольцев доложил: "Среди камней люди !"

Почти одновременно раздались выстрелы, и возле носа лодки причудливыми фонтанчиками вскипела вода. Длинной очередью разразился вражеский пулемёт.

- Право руля ! - приказал лейтенант. - Оружие к бою !   Открыть ответный огонь !

Моткими очередями Верёвкин прижал к прибрежным камням вражеских автоматчиков. На мгновение отстранился от оптического прицела Иван Усольцев:

- Нашёл, товарищ лейтенант !   За сосной спрятался !

Негромко прозвучал выстрел. Вражеский пулемёт умолк.

- Молодец, Ваня ! - совсем не по-командирски похвалил Владимир Григорьевич.

Но праздновать победу было рано. Усилился огонь вражеских автоматчиков.

- Верёвкин, стреляй по валунам ! - приказал лейтенант пулемётчику.

Бой разгорался. Пограничники вели его по всем правилам военной выучки. Моторист доложил:

- Товарищ лейтенант !   Горючего мало. Не уверен, что хватит на обратный путь.

Лодка развернулась и взяла курс к родным берегам.

Так были вписаны первые строки в боевую биографию 103-го пограничного отряда и так открыл боевой счёт снайпер - пограничник старший сержант Иван Усольцев.

Через 5 дней снайперы комендантской роты погранотряда сержант Пётр Гордеев и ефрейтор Николай Щербина в бою у железнодорожной станции Кайслахти уничтожили 24 гитлеровца.

И всё - таки в первые дни войны снайперское движение пограничников не получило широкого распространения на Ленинградском фронте. Одной из причин было то, что более 90% подготовленных в мирное время снайперов в самом начале войны из отряда было откомандировано во вновь формируемые пограничные части. Видимо, повлияло и то, что командование вновь сформированных дивизий НКВД и 1-й погранбригады не привлекало снайперов - пограничников вплоть до Октября 1941 года к активным действиям: не было в достаточном количестве винтовок с оптическим прицелом, да и снайперов, как специалистов сверхметкой стрельбы, их потенциальных возможностей не знали как следует.

Однако мысль об организованном и массовом использовании, метких стрелков в борьбе с врагом росла и крепла. Этому способствовало то, что к осени 1941 года снайперское движение на Ленинградском фронте начало набирать силу.

Одним из зачинателей его у пограничников стал 14-й Краснознамённый полк 21-й дивизии НКВД  ( позже 602-й полк 109-й стрелковой дивизии ). Ещё в Сентябре у командира 5-й роты этого полка лейтенанта Василия Буторина созрела идея создать в полку курсы метких стрелков, где бы лучшие огневики прошли специальную подготовку. Военком полка подполковник Иван Ильич Агашин поддержал эту идею, и вскоре краткосрочные курсы снайперов получили право гражданства.


ЖИЗНЬ ВНОСИТ ПОПРАВКИ.

В. А. Кельбин.
В. А. Кельбин.

В Январе 1942 года В. Кельбина утвердили начальником огневой подготовки отдела боевой подготовки штаба погриничных и внутренних войск НКВД по охране войскового тыла Ленинградского фронта. По этому случаю он пошёл представиться начальнику охраны войскового тыла фронта генерал - лейтенанту Г. А. Степаному. Он дал Кельбину ряд советов, как вести дело, обратил внимание на необходимость повышения огневой подготовки всех категорий личного состава. Говорили и о подготовке снийиорои. А 6 Февраля утром генерал - лейтенант Степанов вызвал Кельбина на приём.

Командующий Ленинградским фронтом требует доклад о развитии в наших частях снайперского движения, - сказал Григорий Алексеевич. - Срочно подготовьте данные о наличии винтовок с оптическим прицелом и количестве подготовленных метких стрелков.

Данные через несколько минут были готовы. Но они не впечатляли: на 1 Января 1942 года в пограничных частях числилось 245 снайперских винтовок. На складах хранилось ещё 450. А подготовленных снайперов в частях оказалось всего 89 человек.

Около полудня Кельбин с генералом Степановым прибыли в Смольный. Порученец доложил о прибытии Андрею Александровичу Жданову. Их немедленно пригласили в кабинет. Там кроме А. А. Жданова находился командующий Ленинградским фронтом генерал - лейтенант Михаил Семенович Хозин. Оба любезно с ними поздоровались и пригласили сесть в кресла, стоявшие у стола.

Первым заговорил Жданов. Он сказал, что пригласили их, чтобы посоветоваться о развитии среди пограничников снайперского движения. Член Военного совета фронта напомнил, что до войны на каждой пограничной заставе было по одной - две пары снайперов. Это немного, если учесть, что немцы в своих пехотных ротах имели вдвое больше.

- А о потерях от их огня вам расскажет командующий, - заключил А. А. Жданов.

- К сожалению, - начал Хозин, снайперы противника своим огнём почти ежедневно выводят из строя в каждой роте одного - двух человек. В целом по фронту от снайперского огня неприятеля выбывает около 200 человек. Это почти 2 стрелковые роты.

Вам, товарищ Степанов, в течение 2-х месяцев надо подготовить примерно 400 снайперов и направить их и боевые порядки частей фронта. Подготовку снайперов не прекращать ни на один день, продолжать непрерывно. - Затем командующий повернул голову в сторону Кельбина и спросил: - Вы, товарищ Кельбин, как начальник огневой подготовки погранвойск, имеете снайперскую выучку ?   Сколько сейчас в погранвойсках снайперов ?   Сколько из них средних и младших командиров ?

Хорошо, что Кельбин заранее подготовил эти данные. Получив разрешение, он стал спокойно отвечать на заданные вопросы.

- Нам снайперы из пограничников крайне нужны в боевых порядках войск. Ведь пограничники всегда были хорошими стрелками, неплохими наблюдателями и прекрасными разведчиками, - подвёл итог беседе командующий войсками фронта. - А снайперскими винтовками и боеприпасами мы поможем.

Возвратившись в штаб войск, генерал - лейтенант Степанов распорядился о проведении совещания в тот же день. На него приглашались многие начальники и редактор газеты "Пограничник". Кельбин составил к совещанию справку, в которой отразил поставленные перед ними задачи. Генерал Степанов прочитал её, внёс некоторые поправки, приказал:

- Полковнику Ефремову и капитану Кельбину подготовить проект приказа по войскам о проведении сбора начальников снайперских команд и их помощников. Думаю, что с 10 по 25 Февраля управимся. На сбор прибыть со снайперскими винтовками, а командирам, кроме того, и с личным оружием. На каждую снайперскую винтовку иметь по 50 патронов. Сбором охватить 35 человек: 17 средних командиров и 18 младших. Провести его на базе 103-го погранполка в посёлке Медвежий Стан. После сбора на базе первой погранбригады с начальниками снайперских команд и их помощниками провести 15-суточную боевую стажировку на Сестрорецком участке фронта. Начальника политотдела прошу подготовить указания политработникам частей о подборе личного состава для комплектования снайперских команд лучшими бойцами, младшими и средними командирами. В состав снайперских команд разрешено включать политработника как заместителя начальника команды по политчасти.

Приказ о проведении снайперского сбора нарочными, прибывшими из частей, был доставлен командирам. Кельбин отправился в Медвежий Стан для организации сбора на месте. В помощь взял старшего лейтенанта Г. Я. Ященко, который оказался дельным исполнителем.

Размещение участников, ознакомление их с целями и задачами сбора, распорядком дня, программой и расписанием занятий не заняло много времени. И вот уже объявлен первый учебный день. Он начался беседой о роли и значении снайперов в бою. Занятия по материальной части оружия, гранат, биноклей и снайперского прицела проводили хорошо подготовленные старшие лейтенанты Николай Лепский и Георгий Петрашин.

Подготовка снайперов

На эти сборы попали люди, уже понюхавшие пороха и получившие снайперскую подготовку ещё до Великой Отечественной войны. Однако и ходе учёбы вскрылось, что не все в достаточной мере освоили приёмы ведения огня по быстродвигающимся и появляющимся на короткое время целям, некоторые участники сбора слабо владели навыками выбора и оборудования огневой позиции, недооценивали роль маскировки, что влекло опасность быть засечённым противником. Поэтому на практических занятиях по огневой подготовке - а они составляли больше половины учебного времени - приходилось обращать самое серьёзное внимание на устранение этих проблем. И к концу сбора недочёты удалось устранить. На последнем этапе учёбы отрабатывались действия снайперской пары в наступательном и оборонительном бою. Итогом занятий стали боевые стрельбы.

На сбор приехал начальник отдела боевой подготовки войск полковник А. М. Ефремов. С утра он пропустил участников сбора через огневой рубеж. Двигающиеся цели устанавливались на дальностях 300 - 500 метров. На 5 - 7 секунд показывались появляющиеся цели. Участники сбора стреляли неплохо: 75% из них выполнили упражнения отлично, остальные - хорошо.

Тактическую выучку тоже проверяли на практике. От снайперов требовали выбирать, оборудовать и маскировать позицию. Все старательно выполняли задания. А маскировка полковнику Ефимову понравилась особенно: в 100 метрах от огневого рубежа, не зная точного места огневой позиции, он с трудом обнаружил снайпера.

Подойдя к Кельбину, он сказал:

- Ну, Василий Афанасьевич, спасибо. Чувствую, что в обучение товарищей вы вложили душу. Будут они в своих частях настоящими инструкторами по подготовке снайперов !

Снайперы 288-го погранполка НКВД.

После контрольно - проверочных упражнений капитан Кельбин с полковником Ефремовым со стрельбища отправились по хорошему снежному насту на лыжах в Медвежий Стан: вечером надо было думать о боевой стажировке снайперов на Сестрорецком участке фронта.


БОЕВАЯ СТАЖИРОВКА.

Перед выходом на огневой рубеж предстояло выполнить ещё одну очень важную работу - проверить бoй снайперских винтовок. На переднем крае сделать это невозможно. Под руководством старших лейтенантов Г. Петрашина, Н. Лепского и мастера стрелкового спорта сержанта Мазюкова это произвели довольно быстро.

Утром 27 Февраля 1942 года начала свой путь до Сестрорецка. Поезда, из - за совершённого накануне налёта вражеской авиации, не ходили. Пришлось идти пешком. Добрались только к 7 часам вечера. И хотя очень устали, но отставших не было. Кельбин доложил оперативному дежурному 1-й погранбригады и попросил немедленно сообщить о прибытии командиру полковнику Бунькову. В погранбригаде уже знали о них и с утра ждали скорейшего прибытия. Снайперам отвели заранее подготовленное и хорошо натопленное помещение. Бойцы стали размещаться, а Кельбин со старшими лейтенантами Петрашиным и Лепским отправился к командиру бригады.

И.М.Красников.

Полковник Буньков был рад их благополучному прибытию и тому, что в боевых порядках его бригады 15 дней будут действовать 35 подготовленных снайперов. Кельбин доложил командиру план боевой стажировки снайперов. Понюхавший пороху фронтовик, опытный пограничник, он понимал роль визуального наблюдения за противником и попросил особое внимание обратить на наблюдение за передним краем противника в светлое время - необходимо было выявить вражеские огневые точки. Буньков сообщил, что в районе нашей обороны действуют вражеские снайперы. Своим огнём они ежедневно выводят из строя не менее 3 - 5 человек. Командир бригады поручил капитану Сизоненко ознакомить вновь прибывших с обстановкой на участке предстоящих действий стажёров.

Как правило, фашистские снайперы выбирали и оборудовали свои позиции в 70 - 100 метрах от нашего переднего края. Сизоненко сообщил и такую любопытную деталь: против наших позиций действует женщина - снайпер, которая очень метко стреляет. Это сообщение подтвердил захваченный в плен фашистский солдат. Он назвал фамилию снайпера - Салма Нурминен, сказал, что ей 50 лет. Проверить его показания мы, к сожалению, не смогли.

Кельбин с капитаном Сизоненко облазили весь передний край, определили места будущих снайперских позиций. Каждая снайперская пара составила стрелковые карточки в пределах указанных секторов обстрела. После этого стажёры приступили к оборудованию ячеек.

Жили и питались снайперы в стрелковых ротах тех батальонов, где намечалась их боевая стажировка. В вечернее время они по просьбе командира бригады готовили в этих ротах снайперов. По 10 человек от каждой роты погранбригады было выделено для этой цели.

1 Марта 1942 года утром все снайперские пары стажёров заняли огневые позиции на переднем крае и начали наблюдать за противником. Всё увиденное заносилось в журнал наблюдения.

Кельбин решил лично проверить огневые позиции двух снайперских пар: старшего лейтенанта Г. Петрашина и сержанта Ф. Якушина, старшего лейтенанта Н. Лепского и старшины Л. Отряхина. Наблюдая за противником, старшина Отряхин доложил:

- Ориентир первый - кудрявая сосна, вижу солдата. Дистанция 300 метров.

Старший лейтенант Лепский предложил Кельбину сделать первый выстрел по цели. Леонид Отряхин предложил свою винтовку. Кельбин быстро изготовился к стрельбе и выстрелил. У солдата дёрнулась голова и он стал медленно оседать, а потом свалился лицом вниз и замер. Принимая назад винтовку, Отряхин поздравил Кельбина:

- С почином, товарищ капитан !

Минут через 5 - 6 из траншеи вылез другой немец. Он по - пластунски пополз к сосне, где лежал убитый солдат. Этого снял Отряхин.

Не прошло и 10 минут, как в траншее противника появился длинный шест. Немец, немного приподнявшись, хотел, видимо, подтащить им убитого. Но выстрел старшего лейтенанта Петрашина помешал ему сделать это.

Конечно, наши выстрелы привлекли внимание противника. Кельбин дал команду сменить огневые позиции. Обе пары отошли на 30 - 40 метров за изгибы траншеи и залегли. А минут через 7 возле окопов, из которых мы стреляли, стали рваться снаряды...

В первый день боевой стажировки снайперы уничтожили 3-х врагов. И сделали для себя вывод: нельзя долго вести огонь с одной и той же позиции.

Скоро и другие стажеры открыли боевой счёт - по одному уничтоженному врагу записали лейтенант Грибанов, сержант Якушин, старший сержант Прохоров, сержант Мазюков, по 2 - лейтенант Швец и старшина Панин. У нас потерь пока не было.

Учтя первый опыт, снайперы принялись оборудовать вторые огневые позиции на каждую пару на удалении 40 - 50 метров от основных. Расширяли и сектора обстрела до 40 - 60°. Работа эта заняла почти полдня, огня не вели. Вражеские солдаты, осмелев, стали ходить по траншеям почти в полный рост, так что лейтенанту Крупеничу первому пришлось приучать их к порядку - он уничтожил офицера и солдата. Илья Иосифович искренне радовался своей удаче.

П.И.Оспищев.

Кельбин подошёл к ефрейтору Павлу Оспищеву. Он показал ему добротно оборудованную и отлично замаскированную позицию. С неё открывался очень хороший обзор неприятельского участка обороны. Противник здесь вёл себя беспечно, и вскоре из разрушенного домика вышли 2 офицера. До них не более 500 метров. Немцы двигались к переднему краю. Оспищев в течение 20 секунд из своей самозарядной снайперской винтовки снял обоих офицеров.

Алексей Трусов, добрый и жизнерадостный по натуре человек, люто ненавидел фашистских захватчиков. Наверно, по этой причине и попросился в снайперы. У лейтенанта Пономарёва он получил разрешение выйти пораньше, чтобы дооборудовать позицию. В 6 часов утра позавтракал и отправился по облюбованному маршруту. Справившись с работой, он решил перейти на новое место. Но по пути заметил в районе обороны противника вышедшего из лощины солдата с собакой.

Старший сержант Трусов быстро изготовился к бою и первым же выстрелом наповал сразил овчарку. Хозяин собаки, не поняв, что произошло, в недоумении опустился на колени и стал разглядывать её. Но последовал второй выстрел Трусова, и вражеский солдат разделил участь своего пса.

После обеда удача сопутствовала многим нашим снайперам. Лейтенант Швец убил 2-х оккупантов, в том числе одного офицера, старшие лейтенанты Лепский и Петрашин уничтожили по одному, сержант Мазюков и старшина Отряхин отправили на тот свет по 2 завоевателя. Лейтенант Пономарёв сразил врага на расстоянии 600 метров, чем ещё раз подтвердил прекрасную снайперскую подготовку.

В очередное утро Кельбин решил проверить, как идут дела у сержанта Мазюкова. Пробираясь по траншее к его позиции, увидел, что он удобно устроился и, как говорят, поплевывает в потолок. Посмотрел он на Кельбина, потом на часы и говорит:

- На сегодня программу выполнил. Только 10 часов, а я уже укокошил 7 гитлеровцев !

Людям Кельбин доверял, но не забывал и о проверке. Поэтому, он сказал сержанту:

- Здорово вы уничтожаете фрицев !   Давайте - ка посмотрим, как вы тут воюете. В каком месте появляются цели ?

- Да вот, - докладывает, - всё время тут. - И он указал на изгиб первой траншеи противника.

- И все 7 появились там ?

- Так точно !

Кельбин лёг рядом с Мазюковым, вооружился биноклем и стал наблюдать. Не прошло и 10 минут, как появился немец и бегом бросился по траншее. Мазюков выстрелил. Враг скрылся, а секунд через 30 появилась длинная палка - указка и покачалась вправо - влево.

- Что это значит ? - спросил Мазюков.

- А это значит, что вы, Мазюков, сделали промах.

В паре с Мазюковым работал лейтенант Крупенич. Он недоумевал. Недоумевал и Мазюков, признанный мастер меткой стрельбы.

А суть состояла в том, что, потеряв за первые 2 дня стажировки 29 солдат и офицеров, фашисты решили "поиграть" с нашими снайперами. Они таскали чучело и выявляли огневые позиции наших стрелков.

- Так что придётся, - сказал Кельбин, - всех 7 убитых фрицев аннулировать и лучше изучать противника и его повадки.

- Да, пожалуй, так, - согласились Мазюков и Крупенич.

Но и в этот день нашими снайперами было ликвидировано 8 фашистов; Пограничники стали уничтожать противника на дальностях до 500 - 600 метров. Кончилась вольготная жизнь у фашистов.

Вечером, как всегда, подвели итоги работы снайперов. По 2 фашиста уничтожили старшие лейтенанты Лепский, Петрашин, старший сержант Трусов и сержант Киселев. Отметил на разборе недостатки в изучении поведения и психологии противника. Искренне рассказал Мазюков о своей ошибке. Посмеялись над ним по - дружески, но для себя сделали должный вывод.

Посоветовавшись с командиром, решили половину снайперов перевести на правый фланг обороны погранбригады. И вот, 10 пар снайперов получили приказ сменить огневые позиции. Утром 4 Марта они вовсю трудились там над оборудованием своих мест охоты за гитлеровцами.

Охотился за нами и противник. Салма Нурминен по - прежнему не ошибалась в прицеливании. Полковник Буньков просил Кельбина как можно скорее заняться ею.

Но как её обнаружить ?   Решили оборудовать отдельную позицию и с неё попытаться наблюдать. Задание получила замечательная снайперская пара Лепский - Отряхин. Они выбрали место на изгибе первой траншеи, проходившей по западной опушке леса. Рядом стояли ветвистые красавицы сосны. Николай Лепский влез на одну из них и замаскировался. Да так здорово, что простым глазом и не обнаружишь. Но позицию на сосне оборудовать не стали. Решили соорудить площадку для ложного наблюдательного пункта и установить на ней манекен человека, нарядив его в военную форму и вооружив винтовкой.

Старший лейтенант Лепский остался наблюдать за передним краем противника, а Кельбин со старшиной Отряхиным отправился в Сестрорецк, в бывшую пошивочную мастерскую. Там они попросили во временное пользование мужской манекен.

- Родненькие, да нет у нас такого добра !   Рядом был промтоварный магазин... Сходите туда. Может, и найдёте что подходящее, - сказали в мастерской.

В магазине окна и двери были заколочены. Отряхин спустился в подвал и отыскал там манекен, но без правой руки и левой ноги. Спустились в подвал вторично, уже вдвоём, и в кучах всякого хлама отыскали правую руку и левую ногу будущего "вояки". Находке очень обрадовались: это было то, что нужно.

Манекен принесли в ротную землянку, где жили Лепский и командир роты Яблонский. Старшину роты попросили принести несколько разных гвоздей и молоток. Отряхин, как заправский столяр, лихо прибил к манекену руку и ногу. Командир роты экипировав "вояку" - дал шинель, каску, сапоги, старую самозарядную винтовку.

Обмундированный и вооружённый манекен стал удивительно похож на живого солдата. Командир роты прислал в помощь своего старшину с молотком, гвоздями и несколькими досочками.

Подошли к сосне, подняли на дерево, поставили манекен. Спустились в траншею и отправились к огневой позиции старшего лейтенанта Лепского: решили разыграть его и в то же время проверить качество своей работы.

Лепский вёл наблюдение за передним краем противника.

- Снайпер себя не обнаруживает, - с сожалением сказал он. - Третьи сутки не можем найти !

- И нам с Отряхиным не повезло, - ответил ему Кельбин. - Так и не нашли ничего подходящего. Но что - нибудь придумаем. Пошли к нашей сосне.

Кельбин, Отряхин и Лепский по траншее пошли к соснам. Вдруг Лепский говорит:

- Слушай, старшина, а что это за солдат у сосны пристроился ?

- Со мной из роты прибыл, товарищ старший лейтенант, - ответил Отряхин.

- Так пускай немедленно сигает в траншею, а то попадёт на мушку снайперу !

Отряхин потянул за шнур, замаскированный в снегу, и "солдат" пополз в сторону траншеи. Вот тут Лепский и понял, что разыграли его. Велико было удивление Николая Петровича, когда "солдат" оказался в траншее.

- Да его от живого не отличишь !

Кельбин с товарищами укомплектовали наш наблюдательный пункт "личным составом": плотно вложили манекену в руки винтовку, а самого его привязали к сосне. Ствол самозарядной винтовки направили в сторону предполагаемого места расположения фашистского снайпера. К спусковому крючку привязали шнур, протянули его от сосны до траншеи и тщательно замаскировали.

Закончив хлопоты с манекеном, Кельбин попросил Лепского рассказать о результатах наблюдения за истекший день поподробнее.

- Фашистский снайпер сегодня по нашей траншее огонь не вёл, - начал докладывать он. - Но в районе позиции противотанкового орудия сделан в сторону нашего переднего края новый ход сообщения длиной метров 30 - 40, а в конце его вкопан, видимо, бронированный щит. Думаю: не позиция ли это для ручного пулемёта, либо для снайпера ?

В бинокль ещё раз осмотрели эту позицию и согласились с выводами Николая Лепского.

- Завтра уделите особое внимание ей, - попросил Кельбин.

Н.Лепский.

Наступала ночь. А все с нетерпением ждали утра. В 8 часов снайперская пара Лепский - Отряхин была на месте и вела наблюдение в указанном секторе. В траншее противника не было заметно никакого движения. Да и возле броневого щита тоже никто не появлялся. Кельбин попросил Николая Лепского держать бойницу щита под прицелом и сообщил, что через час сделает выстрел из самозарядной винтовки нашего "солдата", через 15 минут - второй, а ещё через 15 минут - третий.

В условленное время дернул за шнур. Грохнул выстрел. Но со стороны противника ответа не последовало. Неужели разгадана наша хитрость ?   Не терпелось выстрелить ещё раз, но Кельбин сдержался. Лишь через 15 минут прогремел второй выстрел. И сразу же со стороны противника последовал ответный. Наш "солдат" дёрнулся и упал с сосны.

Николай Лепский немедленно выстрелил по бойнице бронированного щита: сомнений не было - там снайпер.

Наша хитрость удалась. Наблюдая в бинокль за бойницей бронированного щита, Кельбин увидел, что рядом в траншее поднялась суматоха, люди бежали с носилками. А следующей ночью наши разведчики захватили пленного, который подтвердил, что 5 Марта Салма Нурминен была убита. Наши снайперы ходили именинниками: была одержана победа над опытным вражеским стрелком.

Ночью снайперская пара Прохоров - Мазюков оборудовала на нейтральной полосе у сожженной машины огневую позицию. Лейтенант Крупенич осмотрел её и сказал, что позиция получилась отличная: разбитая машина хорошо маскировала снайперов и не вызывала подозрений у противника.

Наступило солнечное утро. На небе ни облачка. Температура - 2° тепла. Но снайперы были одеты в валенки, полушубки и шапки - ушанки, им предстояло находиться на позиции до темноты.

В течение дня Кельбин 5 раз наблюдал за действиями этой снайперской пары и не мог нарадоваться: Прохоров и Мазюков действовали профессионально. За время охоты они уничтожили 9 фашистов и остались не раскрытыми их наблюдателями. Когда стемнело, все с радостью встретили наших храбрецов. Старший сержант Прохоров доложил, что поставленная задача успешно выполнена. От всей души товарищи поздравили Прохорова и Мазюкова с успехом. Это был действительно успех: они ликвидировали 5 офицеров и 4 солдата противника.

Погранбригада готовилась провести разведку боем. К ней были привлечены 3 наши снайперские пары: Панин - Игралов, Киселев - Нескуба, Трусов - Оспищев. По замыслу, они должны были действовать в разных местах: одна пара в центре, а две другие на флангах. Общее руководство действиями снайперов поручили старшему лейтенанту Петрашину. Он в первые месяцы Великой Отечественной войны проявил себя в боях и слыл мужественным и осмотрительным командиром.

Перед боем провели тренировку. На ней присутствовал командир бригады полковник Буньков. На следующий день в 6:30 наши артиллерийские и миномётные подразделения начали обработку первой и второй траншей противника. Фашисту открыли ответный огонь. Через полчаса разведрота на участке 1-го батальона пошла в атаку. Конечно, по ней открыли огонь пулемёты и миномёты. А наши снайперы взяли на прицел их прислугу. На левом фланге разведрота ворвалась в первую траншею противника и захватила в плен 2 солдат. А на правом фланге противник силой до двух пехотных рот сам перешёл в контратаку. И бой пошёл не так, как планировался.

Старший лейтенант Петрашин грамотно руководил снайперами в том бою. В период контратаки противника меткие стрелки уничтожили 17 фашистов. Старший сержант Трусов записал на свой счёт 2 офицеров и 3 солдат, ефрейтор Оспищев - 2 солдат, сержант Киселев - офицера и 2 солдат, младший сержант Нескуба - одного солдата, старшина Панин - офицера и 2 солдат, младший сержант Игралов - 3 солдат. Потерь среди снайперов не было.

Полковник Буньков на разборе боя сказал, что разведрота поставленную задачу выполнила. Он хорошо отозвался о действиях снайперов.

По существу в этом бою снайперы обрели первый опыт действий в наступлении. Боевая стажировка целиком себя оправдывала.

Один из захваченных в плен немцев оказался писарем пехотного батальона, который находился как раз напротив 2-го батальона погранбригады. Когда в первой траншее противника завязался рукопашный бой, командир роты и его писарь выскочили из землянки в траншею, но офицер был тут же убит.

Кельбина интересовали вопросы, связанные с действиями снайперов - пограничников. Об этом он и спросил пленного. Тот показал, что до начала Марта потери от огня стрелкового оружия русских были незначительными, но потом эффективность его заметно возросла - в батальоне от огня снайперов ежедневно гибло 5 - 6 человек.

- А при каких обстоятельствах погибла снайпер Салма Нурминен ? - спросил Кельбин.

Пленный знал подробности и показал, что 5 Марта с ней в паре находился в качестве помошника солдат Сертонен. Он рассказал командиру батальона, что Нурминен охотилась за русским наблюдателем, спрятавшимся на дереве. Стрелять по нему она сразу не стала, чтобы не обнаруживать себя. Она хотела выстрелить в снайпера в момент других выстрелов и поэтому ждала, когда качнут стрельбу. Но снайперы не стреляли, а почему - то по ней выстрелил наблюдатель, хотя и не попал в неё. И тогда Салма решила убрать наблюдателя немедленно. Она выстрелила в него и стала смотреть, как он падает с дерева. В это время раздался выстрел русского снайпера, пуля попала ей прямо в лоб.

Пленный сказал, что русские снайперы умеют стрелять наверняка, это почувствовал весь батальон. Что ж, признание врага - тоже характеристика нашей боевой стажировки.

Зашёл Кельбин на огневую позицию младшего сержанта Игралова и спрашивает:

- Как дела, Пётр Павлович ?

- Дела, товарищ капитан, хуже некуда, - отвечает. - Фашисты не показываются. Куда все делись ?

Кельбин взял винтовку у Игралова и стал через оптический прицел наблюдать за передним краем противника. И вдруг увидел в бойнице блеск стекла. Дал посмотреть Игралову. Сомнений не было: фашистский снайпер вёл наблюдение.

Нет, гитлеровцы никуда не делись. Просто надо внимательнее наблюдать. Ведь каждый снайпер старается перехитрить противника. Этот факт навёл на мысль, что наши снайперы ещё недостаточно умеют отыскивать замаскированные цели. А Игралову урок пошёл явно на пользу: он стал впоследствии мастером по обнаружению замаскированных целей противника и уничтожил 9 снайперов.

Проверив, как снайперские пары изучают местность, выбирают места для своих позиций, оборудуют и маскируют их, Кельбин разрешил 7 парам поближе подобраться к противнику. Прошёл ещё один боевой день. Снайперы выследили и уничтожили в ходе его 7 оккупантов. Двух офицеров записали на свой счёт старший лейтенант Лепский и старший сержант Трусов.

Боевая стажировка подходила к концу. На участках, где действовали наши снайперы, теперь по первой и второй траншеям противник передвигался только скрытно. Видимо, командиры вражеских подразделений повысили требовательность к подчинённым, да и мы, видать, нагнали на них страху.

Опыт стажировки подсказывал, что на одном и том же участке фронта, когда наши и вражеские подразделения длительное время находятся в обороне, группы снайперов целесообразно использовать на одном месте не более 10 дней, а затем перебрасывать их на другой участок.

Кельбин попросил полковника Бунькова подвести итоги деятельности своих стажёров. Для этого собрались в просторной штабной землянке. Командир бригады, видимо, был на снайперов не в обиде. Он сказал, что стажировка прошла организованно, потерь среди снайперов не было, старший лейтенант Петрашин умело управлял снайперской группой при разведке боем. Все снайперы показали приличную подготовку, проявляли выдержку, мужество и отвагу. С 1 по 15 Марта они уничтожили 26 офицеров и 160 солдат противника. 16 фашистов уничтожил сержант Алексей Иванович Трусов, 13 - сержант Галиман Галимович Мазюков, по 12 - старшина Леонид Васильевич Отряхин и сержант Иван Алексеевич Киселев, 11 - старший лейтенант Николай Петрович Лепский, по 10 - старший лейтенант Георгий Иванович Петрашин, лейтенант Сидор Иванович Швец и младший сержант Пётр Павлович Игралов.

- По существу вами уничтожены 2 вражеские пехотные роты, - сказал полковник Буньков.

Настроение у всех было боевое и по - весеннему приподнятое. Руководители команд получили письменные указания о порядке подготовки снайперов и разъехались по своим частям: там их ждала горячая работа. Кельбин тоже возвратился в штаб пограничных и внутренних войск НКВД и приступил к исполнению своих прямых обязанностей. Разумеется, немедленно доложил об итогах стажировки генерал - лейтенанту Степанову. Внимательно выслушав, Степанов сказал, что надо продолжать подготовку снайперов, развивать это движение во всех частях охраны тыла Ленинградского фронта.


ДВИЖЕНИЕ СТАНОВИТСЯ МАССОВЫМ

Кельбин обзвонил все части и выяснил, как идёт подготовка к занятиям со снайперами. Радовало, что в каждой части получили по 100 - 150 снайперских винтовок и уже подобрано некоторое количество кандидатов в снайперы. Заслуга в этом - помощников начальников штабов частей по боевой подготовке. В середине Марта 1942 года Кельбин доложил генералу Степанову, что в частях подобрано 670 кандидатов в снайперы и учёба с ними начнется с 20 Марта, программа и расписание занятий отделом боевой подготовки войск разосланы.

В маленькой типографии тиражом 5000 экземпляров была издана зачётная книжка снайпера для учёта истребления фашистов. В ней были также изложены основные правила поведения снайпера в оборонительном и наступательном бою, особенности ведения огня из снайперской винтовки при ветре, по появляющимся и движущимся целям. Книжка выдавалась снайперам в торжественной обстановке после окончания снайперского сбора.

По распоряжению генерала Степанова к снайперскому движению подключились подполковник Михаил Иванович Стражевич и капитан Александр Петрович Воробьёв. Они вникали во все вопросы организации сборов, помогали устранять недочёты в учёбе будущих снайперов. Много времени и сил отдавали проведению снайперских сборов начальники штабов и политотделы пограничных полков. С их помощью к 5 Апреля была закончена подготовка 670 снайперов.

Кельбин доложил начальнику войск о проделанной работе и просил направить снайперов на 10 дней в боевые части Ленинградского фронта на стажировку. Степанов с предложением согласился и тут же взялся согласовывать это решение с командующим войсками Ленинградского фронта генералом Говоровым. Командующий войсками фронта и член Военного совета приветствовали инициативу пограничников. 14 снайперским командам  ( 570 метких стрелков ) была предоставлена возможность охотиться за врагами в боевых порядках частей и соединений 23, 42 и 55-й армий Ленинградского фронта.

14 Апреля снайперские команды добрались до частей, в боевых порядках которых предстояло работать. А 15 Апреля утром меткие стрелки вышли на охоту.

Кельбин выехал в 21-ю стрелковую дивизию 42-й армии, куда были направлены снайперские команды старшего лейтенанта Лепского, лейтенантов Грибанова, Крупенича и Швеца. В каждой группе увидел девушек со снайперскими винтовками и санитарными сумками через плечо. Наравне с мужчинами они сражались с ненавистным врагом. Снайперское движение росло, ширилось. Только за первые 3 дня действий снайперских команд меткие стрелки уничтожили 290 немцев.

Генерал Степанов, узнав о первых результатах работы снайперов - пограничников, сказал:

- Какие молодцы !   Они себя ещё лучше покажут, когда получат боевой опыт.

Известно, что генерал Степанов информировал А. А. Жданова о работе снайперов - пограничников. Андрей Александрович поздравил с началом массового снайперского движения пограничников и спросил о потерях у наших снайперов. У нас тоже были потери: 7 человек ранены и 2 убиты.

Начальник политотдела войск полковой комиссар Январев командировал в 21-ю стрелковую дивизию НКВД работника редакции с задачей подготовить и напечатать в газете материал о действиях снайперов - пограничников. Не раз публиковали аналогичные материалы и другие газеты Ленинградского фронта. В публикациях упоминались имена старшины Колобкова, старших лейтенантов Петрашина, Лепского, лейтенантов Грибанова, Швеца, старшего сержанта Трусова, сержантов Мазюкова и Яблонского.

Пошла молва и о девушках - снайперах. Так, 9 гитлеровцев уничтожила Наташа Сапьян, 6 - Валя Хохлова, 5 - Татьяна Кочурова, 4 - Полина Соловьёва. Девушки сражались смело и отважно.

Наступала осень тяжёлого 1942 года. Снайперы - пограничники умножали свой боевой счёт на Ленинградском фронте. Ежемесячно не менее 500 метких стрелков вели свою трудную и опасную, вместе с тем очень нужную работу в боевых порядках дивизий. Постоянно шла подготовка и новых снайперов. И хотя фронт оборонялся, каждый из его бойцов верил, что будет и на нашей улице праздник, что и мы наконец перейдём в наступление и прорвем блокаду.

Кельбин понимал, что нужно готовить снайперов к наступательным боям в зимних условиях лесисто - болотистой местности. С этими мыслями он и отправился к непосредственному начальнику полковнику А. М. Ефремову. Алексей Михайлович, выслушав его, сказал:

- Вот планирую мероприятия по обеспечению действий снайперов в осенне - зимний период. И что же получается ?   Мысль у нас с вами одинаково сработала...

Они стали вместе разрабатывать план. Когда он был готов, согласовали его с начальником штаба погранвойск, начальником политотдела, управлением военного снабжения погранвойск и представили на утверждение начальнику войск охраны тыла Ленфронта. 16 Сентября документ был подписан и направлен в части, а также командующим армиями фронта с просьбой ознакомить с ним командиров дивизий и полков. Разумеется, план был доложен и командующему войсками фронта генералу Л. А. Говорову. Леонид Александрович сообщил, что в Сентябре - Ноябре будут проходить полковые и дивизионные тактические учения по отработке наступательных действий. В них должны принять участие снайперские команды. Командующий фронтом рекомендовал подготовить в каждой нашей части не менее 100 снайперов уже к 15 Декабря.


СНАЙПЕРЫ - ПОГРАНИЧНИКИ В ОПЕРАЦИИ "ИСКРА".

7 Января из Смольного раздался телефонный звонок. Начальник штаба фронта генерал Гусев сказал:

- Прошу к 10 Января все снайперские команды погранвойск направить в районы сосредоточения частей, в которых они будут вести боевую работу. Принять необходимые меры по предупреждению людских потерь на исходном рубеже для наступления.

Этот долгожданный приказ незамедлительно был передан во все наши части. Снайперов объединили в отдельный батальон, командовать которым доверили Кельбину.

Вскоре начались большие морозы. Но снайперы были тепло обуты и одеты. Боевой настрой и политико - моральное состояние личного состава поддерживались на высоком уровне.

Наступил долгожданный день - 12 Января 1943 года. Началась операция по прорыву блокады Ленинграда.

Снайперский батальон перед отправкой на фронт.

...Похрустывал под ногами снег. Медленно рассеивался над Невой туман. Снайперские команды были сосредоточены на исходном рубеже. Меткие стрелки сидели молча, ожидая сигнала для атаки. За Невой - укутанный снегом передний край фашистов. Как - то он проявит себя ?

Для осуществления операции "Искра" привлекались усиленная 67-я армия Ленинградского фронта и 2-я ударная армия Волховского фронта. Армиям помогал Краснознамённый Балтийский флот.

Наступлению предшествовала мощная артиллерийская подготовка. После неё части и соединения 67-й армии, а вместе с ними и снайперы - пограничники начали преодолевать скованную льдом Неву и штурмовать передний край обороны фашистов. Враг упорно сопротивлялся. Но, несмотря на это, бойцы решительно взламывали оборону противника.

Вместе со стрелками в районе 8-й ГЭС наступала снайперская команда 104-го погранполка под командой лейтенанта Н. И. Белоклейского. Около 40 снайперов - пограничников, действуя решительно, продвигалась к первой траншее фашистов. В числе первых ворвался в неё сержант Иван Беляков. Он уничтожил огнём из винтовки 3-х, а прикладом ещё 2-х гитлеровцев.

При подходе ко второй траншее противника лейтенант Белоклейский со своими снайперами был контратакован. Фашистов было до двух взводов. Но пограничники, подпустив врага на 50 метров, огнём из винтовок и гранатами уничтожили до 40 врагов, а остальных обратили в бегство. Своими действиями снайперы - пограничники способствовали успешному решению боевой задачи.

Н.М.Гордиенко.

В составе другой стрелковой части действовала снайперская команда 108-го погранполка. Командовал ею лейтенант И. Пономарёв. Только при штурме второй траншеи противника снайперы - пограничники уничтожили 57 фашистов, обезвредив 6 расчётов ручных и станковых пулемётов. В ходе штурма третьей вражеской траншеи и при отражении контратаки снайперы - пограничники уничтожили ещё 20 гитлеровцев.

В ходе боя убило командира стрелкового взвода. Взвод залёг. Тогда командир снайперского отделения старший сержант Алексей Трусов, быстро оценив создавшуюся обстановку, крикнул:

- Младший сержант Игралов остаётся за меня ! - И взводу: - Слушай мою команду !   В атаку за нашу Советскую Родину, за Ленинград !

Взвод поднялся и в едином порыве бросился за новым командиром. Сошелся с фашистами врукопашную. Алексей Трусов из пистолета уложил офицера и 3 солдат. В этой атаке взвод уничтожил 35 гитлеровцев. А двинувшийся вслед за ним батальон овладел третьей траншеей. За этот подвиг Алексей Иванович Трусов был награждён медалью "За отвагу"...

И остальные снайперы не посрамили чести пограничных частей. При прорыве блокады Ленинграда они уничтожили 45 расчётов ручных и станковых пулемётов, 10 миномётных расчётов, 6 расчётов противотанковых пушек и 39 снайперов - фашистов. Туда, где было трудно, где хлестал по наступавшим свинец противника, посылали снайперов - пограничников. И они оправдывали надежды, заставляли умолкнуть огневые точки противника.

Без потерь не обошлось. 45 пограничников сложили головы при прорыве блокады Ленинграда.

Сразу после окончания боёв под Шлиссельбургом руководство пограничных войск охраны тыла Ленфронта решило подвести итоги действий снайперов. Дело в том, что первый опыт использования метких стрелков в наступлении не был безупречным. Стали готовить сбор начальников снайперских команд и их помошников. 52 человека прибыли на него.

К концу сбора к ним на Ладогу приехали начальник войск генерал - лейтенант Г. А. Степанов, заместитель начальника политотдела полковник Н. М. Толмачёв, прокурор И. П. Увакин и начальник управления военного снабжения полковник А. П. Чечин. Они хотели проверить умение снайперов преодолевать водные преграды, действовать в населенных пунктах, вести огонь по движущимся целям на удалении до 500 - 700 метров.

После окончания проверки генерал Степанов приказал собрать всех снайперов для подведения итогов. Он отметил, что недостатки, выявленные в действиях снайперов во время наступательных боёв, устранены. А что касается боевых стрельб, то действенность огня по движущимся целям возросла.

И.С.Фурман.

- Дорогие сыны и дочери, - говорил генерал, - дорогие боевые друзья ! Много вами сделано для защиты родной земли и любимого Ленинграда. От вашего меткого огня сотни фашистских оккупантов уже нашли могилу на ленинградской земле. И недалёк тот день, когда войска Ленинградского фронта, а вместе с ними и снайперы - пограничники разгромят фашистов под Ленинградом и окончательно освободят любимый город от вражеской блокады !

Далее генерал сказал, что все снайперские команды будут привлечены на батальонные и полковые учения в осенне - зимний период. А затем Григорий Алексеевич вручил участникам снайперского сбора медали "За оборону Ленинграда". Снайперам - пограничникам были вручены и другие награды. Ордена Красной Звезды получили старшие лейтенанты Г. И. Петрашин, Н. П. Лепский, М. Н. Власов, С. И. Швец, лейтенанты И. И. Крупенич, В. М. Грибанов, И. П. Пономарёв, старшие сержанты А. И. Трусов, Ф. М. Якушин, сержанты И. А. Киселёв, В. П. Кузько, И. С. Нескуба, медали "За отвагу" и "За боевые заслуги" получили сержанты В. Н. Хохлова, Н. А. Сапьян, сын полка ефрейтор А. Н. Гагин, сержант П. П. Игралов и другие. Орденом Красной Звезды наградили и В. А. Кельбина.

Начальник войск поздравил награждённых, пожелал всем новых успехов в борьбе с врагом.


ЗАЯВКА КОМАНДАРМА.

В конце Декабря 1943 года Кельбину позвонил адъютант начальника войск лейтенант Стерхов и сказал, что генерал Степанов просит срочно зайти к нему. Кельбин вошёл к нему в кабинет и растерялся: в кресле у стола сидел и разговаривал с ним генерал - полковник И. И. Масленников. Увидел Ивана Ивановича - и тотчас представил заснеженное Кир - озеро, разведроту, которой тогда, в период Советско - Финляндской войны, командовал.

Кельбин хорошо знал генерала Масленникова. Знал, что во время Гражданской войны он командовал кавалерийской группой, потом полком и бригадой. В 28 лет перешёл на службу в пограничные войска. В 1939 году И. И. Масленников стал заместителем наркома внутренних дел СССР.

Иван Иванович внимательно посмотрел на Кельбина, что - то припоминая, потом встал и шагнул навстречу.

- Так вот кто, оказывается, главный по части снайперов, - улыбнувшись, заговорил генерал. - Здравствуйте, старый знакомый !   Рад видеть !

- Иван Иванозич командует 42-й армией, - объяснил генерал Степанов. - А к нам прибыл по очень важному делу. Армии нужны снайперы. Сколько команд есть в наличии ?

Кельбин ответил, что подготовка метких стрелков ведется по плану. Теперь на сборах 25 команд. К Новому году они должны быть выпущены.

- Вот и хорошо ! - удовлетворённо сказал генерал Масленников. - Всегда верил, что у пограничников слова не расходятся с делами !

А Григорий Алексеевич, уловив вопрос во взгляде Кельбина, уточнил:

- Иван Иванович просит направить в его армию к 13 Января 10 лучших снайперских команд.

Генералы Масленников и Степанов - друзья ещё с Гражданской. Но дружба дружбой, а служба службой. И в том, что Иван Иванович просил у Григория Алексеевича снайперов - пограничников, Кельбин видел не только приятельский жест. Сама просьба была свидетельством признания заслуг снайперов - пограничников. Его, в то время начальника огневой подготовки и одного из руководителей снайперского движения в пограничных войсках, радовало, что слава о снайперах - пограничниках прокатилась по всему Ленинградскому фронту и что командующие армиями высоко оценили их боевую деятельность. О многом говорил и срок, к которому следовало представить снайперские команды в войска, - приближалась дата начала операции по снятию вражеской блокады с Ленинграда.

Получив указания о подготовке снайперов для 42-й армии, Кельбин, конечно же, сделал всё возможное для их выполнения. Назначенные туда меткие стрелки были ознакомлены с особенностями местности, на которой им предстояло действовать. Разведчики рассказали им о характере вражеской обороны, повадках гитлеровцев на этом участке фронта. Редакция газеты "Пограничник" выпустила плакаты о действиях снайперов - пограничников старшего лейтенанта Николая Лепского, старшего сержанта Алексея Трусова, ефрейторов Петра Андрюхина, Михаила Галчкова, Бориса Калейникова и других. Помощник начальника политотдела войск охраны тыла Ленфронта по комсомольской работе старший лейтенант Г. П. Сечкин провёл с комсомольскими вожаками семинар о задачах и роли снайперов в предстоящих боях.

Группа снайперов-пограничников.

В течение Октября - Декабря 1943 года на Ленинградском и Волховском фронтах накапливались наши войска. На основных направлениях прорыва вражеской обороны были созданы сильные группировки. Для обоих фронтов было подготовлено 1500 снайперов - пограничников. Большинство снайперских команд придали частям на направлении главных ударов. Войска Ленинградского и Волховского фронтов выходили на исходные позиции для наступления скрытно в течение 3 - 4 ночей. Вместе с ними следовали и снайперы, распределённые по соединениям.

В ночь на 14 Января 1944 года наша авиация дальнего действия нанесла удары по артиллерийской группировке и по войскам гитлеровцев. А утром близ Ленинграда и под Новгородом ударили пушки. За час с небольшим по врагу было выпущено более 100 тысяч снарядов и мин. Огневые средства врага оказались в значительной мере подавленными, а управление войсками нарушенным. К немецким траншеям устремились советские воины. Одетые в белые маскхалаты бойцы быстро продвигались вперёд. На ветру развевались боевые знамена, над полем сражения гремело могучее русское "Ура". К исходу дня на главном направлении 2-й ударной армии части продвинулись до 4 километров, расширив прорыв до 10 километров.

Под Новгородом 14 Января начали наступать войска 59-й армии Волховского фронта. 15 Января, когда резервы противника были нацелены против 2-й ударной армии, войска Ленинградского фронта нанесли удар с Пулковских высот. К вечеру того же дня 42-я армия, преодолевая сопротивление врага, отражая его контратаки, прорвала оборону противника на участке Лиговского канала и Редкого Кузьмино, продвинувшись на 4,5 километра в центре и до 1,5 километра на флангах. На следующий день глубина прорыва достигла почти 8 километров. Был "вбит" клин во вторую полосу обороны противника вблизи шоссе Красное Село - Пушкин. 2-я ударная армия продвигалась к Ропше. На Волховском фронте войска 59-й армии, введя в бой свежие силы, продолжали наступать, обходя Новгород с севера и юга.

Немецкое командование принимало все меры, чтобы не допустить прорыва "Северного вала". 16 Января командующий группой армий "Север" обратился к 18-й армии, требуя держаться до последнего солдата, "чтобы выиграть эту оборонительную битву". К месту прорыва советских войск были переброшены некоторые части 11, 21, 24 и 255-й пехотных дивизий, дивизии СС "Нордланд", строительные и штрафные подразделения. Но остановить наше наступление не удалось. Более того, под угрозой окружения оказалась петергофско - стрельнинская группировка фашистов.

19 Января было освобождено Красное Село, в районе Русско - Высоцкого встретились шедшие навстречу друг другу подразделения 2-й ударной армии с передовыми частями 42-й армии. Рано утром 20 Января войска двух армий соединились и в районе Ропши. 59-я армия вместе с 7-м стрелковым корпусом овладела в этот день Новгородом.

Ленинградский и Волховский фронты выполнили поставленные перед ними ближайшие задачи и создали благоприятные предпосылки для дальнейшего развития наступления.

21 Января была освобождена Мга, 24-го - Пушкин и Павловск, 26-го - Гатчина, Тосно и Сиверская. 27 Января Ленинград перестал быть фронтовым городом. Немецкие войска, почти 900 дней осаждавшие Ленинград, понесли тяжёлое поражение и к 27 Января были отброшены на 65 - 100 километров. К 29 Января и Октябрьская железная дорога, связывающая Ленинград с Москвой, на всём протяжении была очищена от врага.

Книга В.А.Кельбина.

Вечером на берегах Невы прогремел артиллерийский салют в честь исторической победы, и было приятно сознавать, что в снятие блокады Ленинграда внесли вклад и воины - пограничники.

Успешно сражались пограничники с врагом и при освобождении Карельского перешейка. В Сентябре 1944 года пограничные войска вышли к государственной границе и взяли её под охрану. Вернулись на свои заставы и многие снайперы - пограничники.

Прошли годы. Время затушевало остроту впечатлений, но память цепко хранит всё сделанное для победы над врагом. Начиная с Февраля 1942 года и до Июля 1944 года в частях пограничных и внутренних войск НКВД охраны тыла Ленфронта велось планомерное обучение снайперов. Более 3000 метких стрелков было подготовлено за это время. Опыт снайперской работы был обобщён в документе, получившем впоследствии название "Инструкция о действиях снайперов в боевых порядках Красной Армии". В блокадные дни она в 5000 экземпляров была размножена на ротаторе и распространена среди снайперов - пограничников.

В период снятия блокады Ленинграда в боевых порядках наступавших армий действовало 1450 хорошо обученных и получивших боевой опыт снайперов - пограничников. Они уничтожили 6015 немецких солдат и офицеров. Были потери и среди наших снайперов: 47 снайперов получили ранения, а 20 - пали на поле боя.

С 1 Марта 1942 года по 15 Августа 1944 года в оборонительных и наступательных боях в частях и соединениях Ленфронта 9568 снайперов - пограничников непрерывно вели боевую работу. За мужество и отвагу, проявленные при выполнении воинского долга, Родина наградила орденами 124 и медалями 420 снайперов - пограничников. 20 снайперов были отмечены 3 - 4 наградами, а 5 снайперов - пограничников стали Героями Советского Союза. Это - старшина Иван Дмитриевич Вежливцев, красноармеец Пётр Иванович Голиченков, старший лейтенант Михаил Яковлевич Миронов, сержант Владимир Николаевич Пчелинцев, красноармеец Феодосии Артемьевич Смолячков. За активное участие в легендарной 900-дневной обороне блокадного Ленинграда 3038 снайперов - пограничников награждены медалью "За оборону Ленинграда".

( Из материалов книги В. А. Кельбина - "Горячею пулей..."   Лениздат, 1988 год. )


Возврат

Н а з а д

Информационные партнеры раздела  


Главная | Новости | Авиафорум | Немного о данном сайте | Контакты | Источники | Ссылки

         © 2000-2016 Красные Соколы
При копировании материалов сайта, активная ссылка на источник обязательна.

Hosted by uCoz