Копец Иван Иванович - советский военный летчик-истребитель в Испании - Красные соколы: советские асы 1914-1953
Красные соколы

КРАСНЫЕ СОКОЛЫ. СОВЕТСКИЕ ЛЁТЧИКИ 1936-1953

А
Б
В
Г
Д
Е
Ж
З
И
К
Л
М
Н
О
П
Р
С
Т
У
Ф
Х
Ц
Ч
Ш-Щ
Э-Ю-Я
лучшие истребители лётчики-штурмовики женщины-летчицы
Нормандия-Нёман асы Первой мировой снайперы ВОВ
Золотая Звезда Героя Советского Союза

Копец Иван Иванович

Копец Иван Иванович

Родился 19 cентября 1908 года в Царском Селе, ныне город Пушкино (Ленинградская область), в семье рабочего. Окончив в 1925 году 8 классов школы 2-й ступени имени Карла Маркса в городе Ишиме (Тюменская область), работал секретарём окружного суда. С 1927 года в Красной Армии. В 1928 году окончил Ленинградскую военно-теоретическую школу, в 1929 году Качинскую военную авиационную школу пилотов, в 1935 году курсы усовершенствования высшего начсостава при Военной академии Генерального штаба. Служил младшим лётчиком 70-й отдельной истребительной авиационной бригады при Военно-Воздушной академии имени Жуковского.

Участник национально-революционной войны в Испании с сентября 1936 года. Командир добровольческой авиационной группы старший лейтенант И. И. Копец в воздушных боях уничтожил 5 самолётов противника. 21 июня 1937 года за проявленные мужество и героизм при выполнении интернационального долга был удостоен звания Героя Советского Союза. После учреждения знака особого отличия "Золотая Звезда" ему была вручена медаль № 16.

В 1938 году, сразу по возвращении из Испании, получил назначение на пост заместителя командующего ВВС Ленинградского военного округа. Участник Советско-Финляндской войны 1939-1940 гг. Командовал ВВС 8-й Армии. Накануне Великой Отечественной войны был назначен Командующим ВВС Западного Особого военного округа.

Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 4 июня 1940 года И. И. Копецу присвоено воинское звание генерал-майор авиации.

Великую Отечественную войну встретил в должности командующего ВВС Западного Особого Военного Округа, - принявшего в первый день войны главный удар немецких войск и преобразованного по мобилизационному плану в Западный фронт.

Узнав, что в первые часы войны воздушным налётам противника подверглись 26 аэродромов округа, и авиация, находящаяся под его командованием, потеряла 738 самолётов, из них 528 - на аэродромах, где базировались самолёты и новых типов, не уступавшие по своим тактико-техническим данным немецким, И. И. Копец застрелился в своём служебном кабинете. Тем самым он избежал не менее трагической судьбы нескольких членов командования Западным фронтом, приговорённых к расстрелу по приговору Верховного Суда Союза ССР от 22 июля 1941 года. Предположительно, похоронен в Минске.

Награждён орденами: Ленина (дважды), Красного Знамени; медалями. 6 мая 2005 года в городе Ишиме Тюменской области открыта мемориальная доска на здании школы, в которой учился будущий Герой Советского Союза, генерал-майор авиации И. И. Копец.

*     *     *

Он родился 19 сентября 1908 года в Царском Селе, ныне город Пушкин Ленинградской области в семье моряка (служил машинистом на крейсере "Орёл"). С 11 лет батрачил, ходил по дворам и паял посуду. Окончил 8 (по другим данным 9) классов в Ишиме Тюменской области, занимался в авиамодельном кружке. В 1926 году Иван Копец поехал поступать в лётную школу и... с треском провалил медкомиссию: врачи нашли какие-то неполадки с лёгкими. Вернулся в Ишим, где его взяли на должность счетовода-практиканта в местный "Уралторг". В марте 1927 года он отправляется в далёкий Самарканд и устраивается на тяжёлую, смертельно опасную работу - забойщиком на постройке дороги в горах. Попал под завал, сутки пролежал погребённым под горной породой. Спасли его чудом. Затем снова Ишим, биржа труда, безработица... Физически крепкого юношу заметили в местном горкоме комсомола и направили на ответственную работу - секретарем окружного судебного исполнителя.

В ноябре того же 1927 года комсомольская конференция рекомендовала своего делегата Ивана Копеца для поступления в Ленинградскую военно-теоретическую авиационную школу. После её окончания в 1928 году он становится курсантом 1-й Качинской военной школы лётчиков. Отличником учёбы он не был, но среди лётчиков 12-го выпуска был замечен и оставлен в школе лётчиком-инструктором без стажировки в части. Но работать в легендарной Каче ему пришлось недолго. Когда в 1930 году в 1-ю учебно-лётную эскадрилью при Военно-Воздушной академии в Москве понадобился толковый инструктор-лётчик - выбор сразу пал на него. В рядовых инструкторах он тоже не задержался. В 1931 году он уже командир звена, в 1932 году - исполняет должность командира истребительного отряда. Его лётный талант заметили, он участвует во всех воздушных парадах над Москвой.

И вдруг тяжёлая авария на разведчике Р-5 - самолёт восстановлению не подлежит. Военный трибунал Московского военного округа приговаривает его к 3 годам лишения свободы без поражения в правах и в декабре 1932 года за его спиной захлопывается тюремная дверь. Но, к счастью, ненадолго. Постановлением ЦИК от 23 февраля 1933 года он попадает под амнистию со снятием судимости. Он вернулся в свою часть на первоначальную должность - инструктора-лётчика. Но талант есть талант. В декабре 1933 года он вновь командир звена, а с ноября 1934 года по май 1935 года слушатель Курсов усовершенствования начальствующего состава ВВС РККА при Военно-Воздушной академии (КУНСА). В 1935 году Копец блестяще справился со сложнейшей задачей по обеспечению спецоперации "Альпиниада". Речь идет о восхождении подразделений Красной Армии на высочайшие вершины Кавказа. Его юркий У-2 летал там на таких высотах и потолках, где не должен был летать просто по определению. А самолёт Ивана не только летал, он ещё и буксировал планер! Поймав восходящие потоки, Копец лихо перемахивал через высоченные вершины и садился на самые крошечные горные пятачки.

"От Каспийского и до Чёрного моря протянулся Кавказский хребет. Громадные вершины его покрыты снегом и вечным льдом. Сложнейший лабиринт этого нагромождения скал прорезывают ущелья. В этом году по ущельям шли колонны командиров 4-й альпиниады РККА. Авиозвено альпиниады обслуживало эти колонны.

Среди лётчиков авиазвена особенно выделялся лётчик Иван Иванович Копец. За чёткую работу, за прекрасное освоение техники полётов командование авиационной части выделило его для полётов в горах.

Воздушные потоки ураганной силы бросают самолёт на острые выступы. Тут выручают лишь исключительное умение и мастерская техника полёта.

Лётчик Копец быстро "понял" и освоил горы. Узкой полоской ущелья он умеет шнырять на своём У-2. При перелётах через перевалы Кавказских хребтов, особенно на маломощном самолёте, как У-2, надо буквально в 10 метрах ползти над изломами льда, борясь с нисходящими потоками. Крепкая рука, упорная воля и зоркий глаз - вот какие качества требуются здесь от лётчика...

Все задания Копец выполнял блестяще. Он на своём самолёте пробирался к колоннам в такие места, что у стоящих внизу командиров захватывало дух. Крутым виражём спускался он к колоннам и доставлял им письма, газеты, снаряжение и продукты.

Он сумел "оседлать" воздушный поток у Эльбруса и на нём набрать 5400 метров. Это при потолке У-2 всего 4200 метров!

Это он отлично провёл буксировку планера Г-9 с Баксанского ущелья в центр Кавказских гор - в Сванетию. Одновременно товарищ Копец - и инструктор парашютного дела. Это он выбросился на парашюте над горами Сванетии и точно приземлился на Местийском аэродроме (высота 1650 метров), изумив несколько тысяч сванов, собравшихся на праздник авиации.

Помнится мне взлёт в ущелье Карачая с высокогорной площадки на высоте 2200 метров. Садиться было хорошо, а взлетать...

Я посмотрел на него. Прогрев мотор, прислушавшись к его знакомому голосу, Копец взялся за ручку. Взлетели на бурную речку Улукам. Указатель скорости не доходил до 50 километров. Машина "сыплется" ниже и ниже... Но опытная рука лётчика подчинила себе машину: мы низко прошли над пенистой речкой, плавно развернулись и вышли на склон ущелья. В это время нас так болтало, что был риск зацепиться за утесы. Когда тов. Копец оглянулся, я увидел капельки пота на его лице...

В другой раз, когда тучи захлопнули перевал и отрезали путь на аэродром, Копец сумел проскользнуть в узкую щель облаков, направив свой самолёт, как снайпер направляет пулю. У этого лётчика нет страха, потому что он знает, что он может сделать. А может он многое, потому что он всё заранее рассчитывает..."

(Из газеты "Красная Звезда", 26 октября 1935 года.)

После КУНСА Копеца сначала назначили командиром истребительного звена 70-го отдельного истребительного авиационного отряда при Военно-Воздушной академии, а с апреля 1936 года - командиром этого отряда.

С сентября 1936 года по 17 июня 1937 года старший лейтенант Иван Копец сражался в Испании, летая на разных типах самолётах. В середине сентября в Испанию тайно прибыли первые 4 пилота-истребителя: И. Копец, А. Ковалевский, Е. Ерлыкин и П. Пумпур. Так как Советский Союз не афишировал свою помощь, наши лётчики воевали там под псевдонимами: Копец - "Хозе", Ковалевский - "Казимир", Ерлыкин - "Педро", Пумпур - "Хулио". К тому времени советских самолётов в Испании ещё не было, и наши пилоты вынуждены были драться с фашистами на устаревших бипланах "Ньюпор-52". Первыми на прикрытие республиканских бомбардировщиков от нападавших фашистских истребителей "Хейнкель-51" поднялись Иван Копец и Антон Ковалевский. Силы были отчаянно неравные, но атаку фашистов удалось отбить. Как вспоминают очевидцы того боя, на самолёты Копеца и Ковалевского страшно было смотреть, настолько они были изрешечены пулями. Так воевать могли только люди с железными нервами и несгибаемой волей. Именно таким воздушным бойцом зарекомендовал себя в Испании Иван Копец.

Обладая уникальной техникой пилотирования, крепкий физически, он умудрялся успешно сражаться с врагом даже на устаревших самолётах. Когда из-за повреждений не стало возможности летать на "Ньюпорах", он пересел сначала на "Луар-46", а затем на "Девуатин-371". Лишь бы летать, лишь бы воевать! Мужественного лётчика было просто невозможно удержать на земле. Он освоил все имевшиеся на вооружении республиканцев самолёты, летал даже на трофейном "Фиате-32" - в разведку по глубоким тылам противника. Но особенно засверкало его лётное мастерство после прибытия в Испанию его любимых истребителей И-15. 3 января 1937 года вся страна узнала из газет о том, что за образцовое выполнение специальных заданий правительства старший лейтенант Копец награждён орденом Красного Знамени.

В Испании Иван Иванович брал на себя самые трудные и ответственные задания. В мае 1937 года после убытия в Союз командующего истребительной авиацией республиканских ВВС комбрига П. Пумпура, его обязанности, до прибытия комбрига Е. Птухина, доверили исполнять именно ему - старшему лейтенанту Копецу! Именно Копец вводил в строй и повёл в первый боевой вылет с аэродрома Алькала-де-Энарес своего сменщика Евгения Птухина.

К 9 декабря 1936 года он имел на счету 2 сбитых самолёта (4 ноября, утром в районе Мадрида, сбил "Фиат-32". 13 ноября ещё один "Фиат-32"). Всего же совершил более 200 боевых вылетов, сбил 5 самолётов (2 лично и 3 в составе группы). 2 января 1937 года награждён орденом Красного Знамени. В июне 1937 года представлен к званию Героя Советского Союза, которое подписал сам И. В. Сталин.

Бой ведут И-15.

В июне 1937 года Иван Копец пережил два невероятно звездных, счастливых дня: 20 июня он стал полковником (минуя звания капитана и майора), а 21-го ему не только присвоили звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и особой Грамоты (медали "Золотая Звезда" тогда ещё не было), но и назначили на должность заместителя командующего ВВС Ленинградского военного округа, имевшего к тому времени на вооружении более 1000 самолётов! 12 декабря 1937 года его избирают депутатом Совета Союза Верховного Совета СССР 1-го созыва от Новгородского избирательного округа, а 22 февраля 1938 года он становится комбригом.

Копец Иван Иванович

С 30 ноября 1939 года по 13 марта 1940 года комбриг И. И. Копец снова на войне - Советско-Финляндской. Он командует ВВС 8-й армии, действовавшей на Петрозаводском направлении. Лично участвует в боевых вылетах с аэродромов Бесовец и Нурмалицы. За эти бои Копец удостаивается второго ордена Ленина, и 31 марта 1940 года получает звание комдива. По ходатайству начальника ВВС Красной Армии командарма 2 ранга дважды Героя Советского Союза Смушкевича приказом НКО от 10 апреля 1940 года № 01584 комдив Копец допускается к исполнению должности командующего ВВС Белорусского особого военного округа, а в мае окончательно утверждается в ней ЦК ВКП(б).

В середине апреля 1940 года комдив Иван Копец сменил в Минске на посту командующего ВВС Белорусского округа хорошо известного ему по Испании комкора Константина Гусева. Уже 1 мая во главе парадного строя из 300 боевых самолётов он стремительно проносится под аплодисменты минчан над площадью Ленина. Копецу пришлось формировать ВВС округа буквально заново. После присоединения Западной Белоруссии и реорганизации округа, часть авиационных полков передали в Калининский и Орловский округа, другие по договору о взаимопомощи перелетели в Литву и Латвию. На 1 марта 1940 года в ВВС Белорусского особого военного округа числилось всего 7 авиаполков. К 1 октября их уже будет 27, а 22 июня 1941 года врага встретят 35 авиационных полков. 4 июня 1940 года ему было присвоено воинское звание генерал-майора авиации.

Осенью 1940 года случилось несчастье - Иван Копец получил тяжёлую травму левого глаза и почти перестал им видеть. Ввиду болезни его отстранили от полётов, что стало для генерала настоящей трагедией. 23 ноября 1940 года приказом наркома обороны его откомандировали на Курсы усовершенствования высшего командного состава при Академии Генерального штаба. 11 марта 1941 года, не закончив учёбы, Копец добивается разрешения на досрочный отъезд в свой Округ, чтобы поправить там дела по переучиванию частей на новый истребитель МиГ-3.

Ещё в марте на "МиГах" впервые поднялся в небо командир дивизии генерал Черных. Второй полёт едва не закончился трагически - сел генерал с большим трудом и только чудом не разбил истребитель вдребезги. После этого в кабину "МиГа" он больше ни ногой. После 3-х весьма нервных полётов на МиГ-3 решил больше не испытывать судьбу и инспектор ВВС округа майор Олейников. Тем не менее, оба этих опытнейших лётчика считались вылетевшими, то есть освоившими полёты на новом истребителе. Москва требовала ежедневных победных докладов и таких "вылетевших" становилось всё больше и больше, но росло и количество лётных происшествий...

Вечером 21 июня 1941 года весь руководящий состав Округа и республики, словно по команде, собрался в театре Красной Армии ЗапОВО, где гастролировавший в Минске МХАТ играл "Школу злословия" Шеридана. Ослушался грозного генерала Павлова и остался у себя в штабе только Копец. Обстановка на границе накалялась с каждым часом. Надо было немедленно принимать решительные меры. Но лишь после полуночи в Минск поступила директива наркома обороны о возможном внезапном нападении немцев, но и в ней по-прежнему звучало: "задача наших войск - не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения". Авиацию было приказано перед рассветом 22 июня рассредоточить по полевым аэродромам. У Копеца ночью могли летать только 242 экипажа из имевшихся 1343. На новых самолётах ночью не летал никто. Приказ выполнить было невозможно. Подтвердил это на допросе в июле 1941 года и сам генерал Павлов: "Было темно, и наша авиация не смогла подняться в воздух".

Однако, если бы даже самолёты и взлетели, то вступить в бой смогли бы далеко не все, так как по приказу самого Павлова буквально накануне самолёты были... разоружены. В середине июня в части ВВС округа прибыла комиссия во главе с генерал-инспектором ВВС РККА генерал-майором С. Синяковым. Генерал проверил и остался очень доволен лётчиками 16-го бомбардировочного полка, которые осваивали новый Пе-2 и уже летали на нём не только одиночно, но и строем. Затем инспекция прибыла в 122-й истребительный полк, и здесь стали происходить совершенно необъяснимые события. Приехавший сюда же генерал Павлов в присутствии комиссии приказал снять с истребителей вооружение и боезапас. Эту информацию подтверждает и бывший лётчик-инспектор ЗапВО майор Олейников: "В самый канун войны из Москвы пришел приказ подготовить самолёты к какому-то парадному смотру, то есть снять временно вооружение и поэтому в момент фашистского нападения они оказались разоружёнными. Возможно, это одна из причин гибели Ивана Копца".

Начало войны ранним утром 22 июня генерал-майор Копец встретил без паники. Пока была связь с частями - отдавал распоряжения и приказы. Перебросил 2 истребительных полка 34-й дивизии в Лошицу и Слепянку для прикрытия Минска, ещё 2 отправил в Барановичи и Пуховичи. В 9 часов 30 минут генерал Копец издал приказ № 1, в котором поставил задачи подчинённым частям. Устойчивая связь отсутствовала. Информация о том, что происходит в небе у границы, была противоречивой и не до конца ясной. О тяжелейшей обстановке в частях и больших потерях в авиатехнике ни в штабе ВВС, ни в штабе округа ничего не знали. Тем не менее, известно, что в этот же день, 22 июня 1941 года, в командование ВВС ЗапОВО вступил заместитель Копеца генерал-майор Андрей Таюрский.

Что же случилось с самими Иваном Ивановичем? Вот что пишет в своих воспоминаниях генерал-полковник авиации А. Г. Рытов:

"Герой Советского Союза Иван Иванович Копец воевал в Испании, быстро продвинулся по служебной лестнице. Но в душе он оставался рядовым храбрым бойцом, для которого схватка с врагом в небе была лучшей отрадой. Во время Финской компании мне не раз приходилось его упрашивать, когда он без особой надобности вылетал на боевые задания:

- Ну зачем ты рискуешь? Разве без тебя не найдётся кому слетать на разведку? Ты же командующий, а не комэск.

А он посмотрит этак осуждающе, махнет рукой и пойдёт на взлёт. В этом человеке жила какая-то неистребимая страсть быть всё время в боевом напряжении, идти навстречу опасности. И если ему по каким-то причинам приходилось оставаться на земле - он просто не находил себе места. Это не было стремлением показать свою отвагу. Такой уж характер был у него.

В канун Великой Отечественной войны Иван Иванович командовал ВВС Белорусского Военного округа. Генерал И. И. Копец был храбрым лётчиком-истребителем. Однако приобрести необходимый опыт командования столь крупным авиационным соединением он не успел. Занимая высокую должность, Копец преимущественно занимался контролем переучивания лётного состава, часто сам пилотировал истребитель. В округе была в значительной степени упущена работа по организации управления авиацией.

Когда немецкая авиация в первый день наступления нанесла массированный удар по аэродромам, Копец сел в самолёт и решил посмотреть, что с ними сталось. Потери оказались огромные. И старый честный солдат не выдержал. Он вернулся в штаб, закрылся в кабинете и застрелился... Сейчас можно о нём говорить всякое: и малодушие проявил, и веру, мол, потерял. Не знаю. В одном я твёрдо убежден: сделал он это не из трусости".

Копец Иван Иванович

И до сих пор путешествует из книги в книгу небылица о том, что 22 июня 1941 года Иван Копец поднялся в небо на истребителе, облетел разгромленные немцами аэродромы и, вернувшись в штаб, - застрелился... Конечно, это не так. Во-первых, с осени 1940 года Иван Копец из-за болезни был отстранён от полётов и с тех пор больше не летал. Как человек чрезвычайно дисциплинированный и выдержанный, на нарушение запрета он никогда бы не пошёл. Да и, согласитесь, времени у него 22 июня на подобный полёт просто не было. Во-вторых, когда в июле 1941 года арестовали жену генерала Нину Павловну, то следователь ознакомил её с протоколом допроса генерала Смушкевича от 21 июня (!) 1941 года, который после зверских пыток и побоев, показал: "Копец Иван Ивановича сагитировал и втянул в нашу группу лично я сам". И кто же после этого позволил бы генералу подняться 22 июня в воздух? Кому было положено, конечно знали о "заговорщике" Копеце уже 21 числа, связь у них работала оперативно и бесперебойно...

Документов, раскрывающих истинные обстоятельства гибели генерала Копеца, в Подольском архиве так и не найдены. В его личном деле записано: "23.07.1941 года покончил жизнь самоубийством. Кодограмма УК № 0239 от 24.03.1942 г.". Но если 22 июня 1941 года обязанности командующего начал исполнять генерал Таюрский, то где же целый месяц находился Копец? Обращает на себя внимание и дата кодограммы. Как раз после массового расстрела было завершено "дело авиаторов". Факт и дату гибели Ивана Ивановича подтверждает и приказ Главного управления кадров № 0294 от 20 декабря 1946 года: "Бывший командующий ВВС ЗапОВО генерал-майор авиации Копец И.И. исключается из списков Вооружённых Сил как покончивший жизнь самоубийством 23 июля 1941 года". И всё-таки здесь какая-то неточность, хотя в таком солидном ведомстве, как ГУК, ошибок, обычно, не бывает.

Нина Павловна Копец (жена генерала) в своих записках вспоминает, что ежедневно, с 22 по 24 июня 1941 года к ней на квартиру приходил проведать лётчик-инспектор ВВС округа майор Олейников, но о гибели генерала ничего ей не говорил. Каждый день заезжал и личный шофер Копеца Минцер, который тоже ничего не знал о гибели Ивана Ивановича и лишь сказал, что к генералу вызывали хирурга. Нина Павловна тут же позвонила в штаб замполиту - бригадному комиссару Листрову, но тот ответил, что это лишь ложный слух: командующий вылетел в Белосток. Зачем к генералу вызывали хирурга и почему от жены не только скрывали факт его гибели, но даже не позволили похоронить? Известно, что штаб ВВС оставался в Минске до 24 июня, а немцы захватили город 28 июня. Времени для захоронения генерала было предостаточно.

24 июня, когда немцы уже начали бомбить Минск, Минцер выехал с Ниной Павловной в Москву. Лишь только там от мужа знаменитой лётчицы Валентины Гризодубовой майора Виктора Соколова она узнала, что Ивана Ивановича уже нет в живых. Её попытки найти в Москве генерала Смушкевича и уточнить обстоятельства гибели мужа закончились арестом. 22 июля (в день расстрела бывшего командующего ЗапОВО генерала Павлова) Нине Павловне без суда дали "за антисоветскую агитацию" 5 лет. Год она провела в Челябинской тюрьме, 4 - в лагере в Свердловской области. Вышла на свободу лишь 23 августа 1946 года. Нина Павловна прожила долгую нелёгкую жизнь и почти всю её посвятила детям, работая учительницей и воспитателем в детских домах, а перед пенсией - на Минском заводе автоматических линий. В 2001 году, ровно через 60 лет после гибели мужа, Нина Павловна умерла.

Место, где погребён генерал Копец, мы, наверное, никогда не найдём. Уже не покажут его ни близкие друзья генерала, ни сослуживцы, бывшие рядом с ним в тот скорбный час. 25 июня 1945 года в авиационной катастрофе погиб его самый близкий друг командир 379-го истребительного полка подполковник Фёдор Олейников. Ничего не успел рассказать и начальник штаба ВВС ЗапОВО Сергей Худяков, которого арестовали в 1945 году, к тому времени уже маршала авиации! В 1950 году расстреляли и его. Расстрелян и заместитель Копеца генерал Таюрский. Сменивший его в июле 1941 года Николай Науменко, так же не оставил никаких воспоминаний. В 1967 году, будучи уже генерал-полковником, он погибнет в автомобильной катастрофе...




Дополнительная информация о И. И. Копеце.

Возврат

Н а з а д

Здесь https://liderdom.ru/aksessuary_dlya_vannoy/derjateli_polotenec держатель полотенец!


Главная  |  Новости  |  Авиафорум  |  Немного о данном сайте  |  Контакты  |  Источники  |  Ссылки

         © 2000-2015 Красные Соколы
При копировании материалов сайта, активная ссылка на источник обязательна.

Hosted by uCoz